Невыносимое одиночество

Прикусив губу, упершись локтями в спинку дивана и выдавив из себя громкий всхлип, она сказала:

— Моя подруга утверждала, что… у мужчин гораздо больше потребность в… в том, что бывает свадебной ночью. Мне кажется, это звучит отвратительно! Но мысль об этом пугает меня. Это правда?

Микаел вздохнул.

— Откуда я могу знать, что мужчины больше в этом нуждаются, чем… Возможно, это и так. Я не знаю.

Он внимательно посмотрел на нее. Подруга?.. Не свою ли мать она имела в виду, не осмеливаясь говорить об этом прямо? Он давно понял, что суждения матери оказали большое влияние на Анетту.

Она напряженно глотнула слюну.

— Я часто думала… о тебе, когда ты был в походе… Ты не встречал там других девушек?

Микаел изумленно посмотрел на нее.

— Да, встречал, — спокойно произнес он. — Но я не ложился с ними в постель, если ты это имеешь в виду.

Она густо покраснела.

— Я имела в виду не это… Ты писал так редко, Микаел, и я ничего не знала о том, что ты делаешь и как ты там живешь.

— Человеку, находящемуся в состоянии аффекта, не до писем, — серьезно ответил он. — От этого ему может стать еще хуже. Во всяком случае, человек в таком состоянии всегда раскаивается в том, что написал.

— И часто ты бывал в состоянии аффекта? — нахмурившись, спросила она.

— Постоянно! Мой разум, мое чувство справедливости постоянно восставали против солдатской жизни.

— А теперь тебе лучше?

— Я пытаюсь успокоиться, — ответил он.

Казалось, его ответ обрадовал ее. Более оживленно, чем до этого, она сказала:

— Ты писал такие прекрасные письма, Микаел. Жаль, что они были такими редкими. Я так ждала их.

Эти слова тронули его.

— А я и не знал, что они так прекрасны! Я просто записывал свои мысли.

— Значит, твои мысли прекрасны.

Лучи заходящего солнца падали на стену, обитую шелком. Это создавало необычайное настроение. В комнату вошел Тролль и улегся возле их ног, положив голову на маленькую, изящную туфлю Анетты. Она не убрала ногу. Микаелу это очень понравилось. Где-то в глубине дома слышался голос Доминика, не желавшего мыться.

Микаел задумчиво произнес:

— Я встретил одну девушку, которая кое-что для меня значила…

Анетта вздрогнула. Досадуя на себя, она сказала:

— Стоило тебе только начать рассказывать о себе, как я уже разозлилась, потому что ты разрушил это прекрасное мгновенье…

Микаел усмехнулся. Догадывался ли он о каком-то подобии ревности, скрывающемся за этим раздражением?

— Тогда я буду молчать.

— Нет, говори, я хочу послушать, — горячо возразила она. Да, это была ревность, в этом не было никаких сомнений! Или, скорее, уязвленное супружеское самолюбие.

Немного помедлив, он сказал:

— Сначала я встретил другую девушку. Она явно рассчитывала на роман со мной. Она была хороша во всех отношениях, но у меня не было на это желания.