Невозможный Роман

И был таким мощным, что Роман не смог бы его отсрочить, даже если бы от этого зависела его жизнь. Он будто умер... Но никогда в жизни еще не чувствовал себя таким живым.

В дверь осторожно постучали, возвращая Полякова в реальность.

- Роман, мы уже уходим, - послышался ровный, лишенный всяких эмоций, Аглаин голос."

"Одетый лишь в стояк и клубы пара, Поляков тряхнул головой, заставляя себя собраться. Потянулся за полотенцем, обмотал бедра и торопливо открыл дверь.

- Эй, еще ведь рано!

Он уставился в прозрачные глаза Глаши, чувствуя, как по щекам растекается румянец возбуждения и стыда.

- Вообще-то уже десятый час, а у меня есть планы.

- Опять поедешь в Иванковичи? Клянусь, я скажу, чтобы тебя не пускали... - не понятно, почему начал злиться Роман. Может быть, с непривычки. Он и вспомнить не мог, когда женщина уходила от него не потому, что он на это намекнул, вызвал такси, и дальше по списку... А потому, что она так сама решила. Дерьмо...

- Иванковичи? Нет. У меня другие планы... У брата день рождения.

Поляков хотел было спросить, почему бы им не пойти на этот чертов день рождения вместе, но вовремя заткнулся. На эмоциях его несло. Но это не означало, что на трезвую голову он бы действительно хотел познакомиться с Глашиными родными. Это не в его правилах. И торопиться их менять он не собирался. По крайней мере, пока.

Роман медленно выдохнул, в попытке вернуть себе самообладание:

- Хорошо. Подожди пару минут, я вас отвезу. Кстати, а где девчонки?

- Доедают свой завтрак. Я у тебя немного похозяйничала.

Так вот откуда этот чудесный аромат! Поляков кивнул головой и пошел к себе одеваться. Джинсы, свитер. Он тысячу лет не надевал ничего подобного. Все больше костюмы, рубашки, галстуки...

Когда Роман вернулся в кухню, Глаша допивала кофе, разглядывая висящую на стене картину кисти Васильева. Вторая чашка ждала его, паруя на барной стойке рядом с тарелкой блинов. Обычно он не завтракал. Но в этот раз потянулся за румяным конвертиком.

- Уммм... Мне это может понравиться, - улыбнулся, преодолевая неловкость. Блинчики были, и правда, чудо как хороши. Кому-то с ней на самом деле повезет. Эта мысль заставила Полякова нахмуриться. Наверное, ему следовало как-то реабилитироваться. Но, хоть убей - он не знал, как. Вот если бы они проснулись вместе, одни, он бы нашел способ. А теперь... ну, не оправдываться же ему? Не бить себя в грудь, повторяя, что он ей еще покажет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Я вчера облажался.

- Давай не будем, - Глаша вспыхнула, обернулась к двери, будто прикидывала, как ей побыстрее смыться.