Невольник мести (= Инстинкт бойца)

Точно было известно, что он никого не может вывезти – все зэки на месте. Затем от каждого отряда отряжали по одному пинчу, выполнявшему самую грязную работу, и те подбирали остатки мусора.

Сегодня был вторник. Стало быть, послезавтра Марк вполне мог оказаться на свободе. «Дураки умирают по пятницам»? Теперь можно снимать вторую серию этого фильма под названием «Умные бегут по четвергам».

10

Москва, 15 ноября, среда

В кабинет Эйдинова без предварительного стука вошел Петров. По взволнованному лицу начальника 1-й группы полковник понял, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Начальник отдела глазами поторопил майора.

– ЧП в колонии под Климовым, – сообщил Петров.

– ЧП? – удивился Эйдинов. После переговоров с Марковцевым через сеть «подставных» отделов МВД колония УР-43/5 подверглась особому информативному контролю. Когда стало известно о побеге Филимонова, эту информацию перепроверили: не Марковцев ли? Режимный отдел учреждения ответил, что Марковцев на месте, топит котлы. Так что ЧП уже было.

– Марк сгорел, – выпалил Петров и с досадой махнул рукой.

– Как это... сгорел? – запнулся полковник.

– Вспыхнул мазут в котельной, а Сергей не успел выбраться.

– О, че-ерт... – Эйдинов механически взялся за телефон прямой связи с Управлением. – А точно установили, что труп принадлежит Марковцеву?

– Прежде чем идти к вам, я дважды перепроверял по телефону. Что будем делать, шеф? Я думаю, нас упредили. Кто-то узнал о наших переговорах с Марком.

Эйдинов выругался и положил трубку на место.

– Давай сюда Скворцову, – потребовал он.

Петров замотал головой:

– Шеф, это исключено. Если хотите, я отвечаю за нее.

– Я сказал: Скворцову ко мне!

Через минуту в кабинет Эйдинова вошла Катя Скворцова – как всегда, бледная, с минимумом макияжа на лице, в неизменных джинсах и легкой вязаной кофте небесно-голубого цвета. Она работала в группе Петрова и стала вторым после своего непосредственного начальника человеком в отделе, который узнал о чрезвычайном происшествии в колонии строгого режима.

– Садись, красавица, – Эйдинов кивнул на стул, – и расскажи, что ты могла сказать Марковцеву такого, что он сгорел заживо?

Скворцова приглашения не приняла и встала позади стула, касаясь руками спинки.

– В рапорте я изложила наш разговор дословно.

– Вместе вы провели сутки, и ты не могла запомнить все слово в слово, – возразил полковник.

– Я легко запоминаю две страницы незнакомого текста.

– Ну ты же не книги с ним читала, прости господи! Ведь ты связная.

– Я – ваш агент по спецпоручениям. А вы посылали меня к Марковцеву не для той связи, на которую намекаете. Свою работу я сделала. Если у вас есть замечания – пожалуйста.