Случайный хозяин для невольницы

Марьяна глянула на меня, как не сельскую дурочку, тихо рассмеялась и, прихватив свеженький веничек, пошла в парную, где уже скрылись остальные лекарки.

Я провожала ее растерянным взглядом и никак не могла взять в толк, зачем нужен был этот разговор и о какой жалости шла речь.

* * *На день рождения Яры мы всей кухней решили приготовить сюрприз. Альма, как самая близкая подруга именинницы, провела кропотливую партизанскую работу, и потихоньку выяснила, что же ей нравится, и мы начали готовиться: кто-то платок вышивал, кто-то картину дома писал.

Я плела пестрый лариат, похожий на чешую солнечной змейки. Раньше, когда еще не попала в невольничий переплет, у меня получались очень красивые и аккуратные украшения — все деревенские девчонки ко мне бегали, кто за браслетиком, кто за бусами. Поэтому я выпросила у джинна целую россыпь цветного бисера и с удовольствием принялась за работу. Он только посмеивался, когда приходил поздно вечером и видел, как я сижу, склонившись над столом, и подбираю бусинки, высунув язык от усердия."

"Даже мистер Розвел присоединился к нашей авантюре и с предвкушением потирал руки — ведь ему предстояло готовить не привычные солдатские харчи, а самый настоящий торт! С воздушным бисквитом, кремом и прослойками из малинового желе. Осталось только дождаться, когда на кануне праздника все отужинают — тогда можно будет закрыть кухню и приступить к подготовке.

Моя солнечная змейка из бисера была готова в срок. Я приделала последние бусинки, крючочек, петельку, и, положив под свет, любовалась своей работой. Хорошо получилось — ровно, аккуратно. Змейка, как живая! Осталось только запаковать в бумагу и ленточкой перевязать.

— Киара! — горсть мелких камушков треснула по стеклу и с бойким перестуком покатилась по жестяному отливу.

Я подскочила, едва не просыпав остатки бисера на пол, и бросилась к окну.

Внизу меня поджидала Альма:

— Все разошлись! Кухня закрыта! Можно начинать, — крикнула она и нетерпеливо помахала рукой.

— Бегу! — я торопливо сунула в мешочек и подарок, и ленточку с бумагой — запакую на месте. Потом нацарапала на клочке записку Хельму, который, как всегда, ушел на дежурство, и выскочила на улицу.

— Давай скорее! Мистер Розвел уже начал, — она схватила меня за руку, едва я выскочила на крыльцо, — я хочу увидеть, как он приготовит крем!!! Бежим!

И мы припустили со всех ног, не обращая внимания на проходящих мимо бравых вояк.

На крыльце пришлось притормозить. Заперто! Альма тут же заковыристо постучала по деревянному косяку, отбивая странный ритм, и когда с другой стороны раздалось приглушенное «пароль?», бодро выкрикнула:

— Сахарные бублики!

Дверь со щелчком отворилась, и нас буквально за шкирку затащили в образовавшийся просвет.