Невольница любви

Герцогу стало известно об этом двадцать пять лет назад, когда отец неожиданно появился в Гленкирке и объяснил свое столь долгое отсутствие. Он был вне себя от радости, узнав, как обернулись дела в Шотландии, и немедленно вернулся к молодой женщине, ожидавшей его в городке Сен-Августин. С тех пор Джеймс Лесли никогда больше не видел отца, хотя каждые несколько лет получал послание, полное описаний самых невероятных приключений. Жена родила отцу много детей, и он никогда не пожалел о потере титула и шотландских владений.

— Мой отец был истинным шотландцем, мама, и, будь это возможно, велел бы похоронить себя в Гленкирке. Не верю, что он бы возражал против погребения Босуэлла. К тому же он слишком многим тебе обязан, — многозначительно заметил герцог. — И потом, кто будет знать об этом, кроме нас?

— В таком случае когда-нибудь мы приедем в Шотландию вместе, я и Френсис, — пробормотала леди Стюарт-Хепберн, и огромные зеленые глаза наполнились слезами, медленно заскользившими по щекам. Она и не пыталась их сдержать. — Ах, какие были чудесные времена… Мы часами мчались на бешеных конях под приграничной луной… луной разбойников и контрабандистов, — пробормотала она и, немного успокоившись, добавила:

— Мы прибудем в одном гробу, так что ненужных вопросов не возникнет. Кому интересна старая мать герцога Гленкирка, завещавшая похоронить ее на родине? И никто не узнает, где настоящая могила Босуэлла, потому что даже в Неаполе находятся такие, кто готов верить в нелепые слухи насчет магии и колдовства, которые распространял о Френсисе кузен Яков и его придворные-протестанты. Кое-кто даже берет землю с его могилы в полной уверенности, что она имеет волшебную силу. Я была вынуждена приставить стражу к могильному холмику, иначе эти негодяи похитили бы тело Френсиса для своих мерзких обрядов.

— Вряд ли мне удастся залучить тебя домой слишком скоро, мама, — пошутил герцог, чтобы развеселить мать.

— Надеюсь, — усмехнулась та и обняла сына. — Спасибо, Джемми, за великодушие и благородство.

— Мне так редко приходится делиться с тобой тайнами, — улыбнулся он. — Кроме нас двоих, об этом будет, знать только Жасмин.

— Согласна. Мне будет недоставать тебя.

— А мне — тебя, — вздохнул Джеймс и в последний раз повел мать на прогулку в сад.

Глава 2

— Какое расточительство! Просто неприлично! — неодобрительно воскликнула графиня Олсестер, морщась, как от боли, и обратилась к племяннице, укоризненно качая головой:

— Ты безбожно балуешь девчонку.