Невольная связь

Но Глеб был настолько злым, что не реагировал ни на что. И смотрел он на то, что прежде пряталось под его футболкой, в которую оделась Сабина.

Ткань сбилась до самой груди. Плоский животик подрагивал. Плотно сведенные вместе бедра скрывали от Глеба самое сокровенное местечко на теле девушки.

Широков злился, а потому даже не отреагировал, когда юркая ладонь звонко ударила его по щеке."

"Зарычав, Глеб раздвинул ноги Сабины своим коленом. Скованной рукой перехватил обе ладони девушки и придавил их к подушкам.

– Ты же врешь мне? – потребовал ответа Широков.

– Я лесбиянка! Меня не привлекают мужчины! – выкрикнула Туманова, а Глеб покачал головой в отрицании.

Нет, не пройдет с ним этот фокус. Сабина принадлежит ему одному. Это факт.

Свободной рукой Глеб накрыл дрожащий животик. Ему нравилось, какая гладкая и бархатистая у Сабины кожа здесь. Но больше всего Широков хотел узнать кое-что другое. Какая она там?

– Просто замри! – прорычал Глеб, нависая сверху.

Широков никогда не приветствовал телячьи нежности. Его не заводили поцелуи. Все эти облизывания ртов друг друга его ни капли не привлекали.

Но сейчас мужчина смотрел на приоткрытые губы Тумановой и понимал, что хочет узнать, какие они на ощупь.

И не только губы.

Глеб застыл над девушкой, продолжая трогать ее живот пальцами. Гладил круговыми движениями, приближаясь к гладкому лобку. В темноте было плохо видно, а включать свет Широков не собирался.

Ладно, сегодня ему хватит и этого. Исключительно тактильных ощущений.

Глеб сдвинул пальцы, коснулся подушечками клитора. Сабина вздрогнула, вновь попыталась свести колени, закрыться от него.

– Для лесбиянки ты слишком остро реагируешь на меня, Сабина, – подметил Широков и раздвинул пальцем складочки, скользя глубже.

Он задержал дыхание, потому что его одурманивал ее аромат. А мужчина не собирался поддаваться мимолетной слабости.

– Ненавижу вас! – прошипела Сабина, дернувшись.

Широков заулыбался. Его пальцы стремительно становились влажными. А он очень медленно и осторожно продолжал двигать ими, изучая тело маленькой лживой ведьмы.

– Твое право. Однако твое тело хочет меня, Сабина, – пробормотал Глеб и шевельнул пальцами, лаская девчонку изнутри.

– Вы самое настоящее чудовище! – продолжала шипеть Сабина.

А Глеб усилил давление на стеночки лона, размазывал влагу по нежным складкам, гладил твердый бугорок настолько осторожно, насколько вообще был способен это делать.

Широков коварно усмехнулся, чувствуя, как Сабина вздрагивает в такт легким ударам его пальца о клитор. Как неосознанно едва ощутимо двигает бедрами навстречу Глебу.

– Верно, девочка, – пробормотал Глеб, склонившись к ее лицу так, чтобы она видела его глаза, и замер, а вот его пальцы продолжали откровенные ласки. – Не забывай об этом.