Невместе

Или ты не хочешь?

Боже… Божебожебоже… Если я скажу нет, он не тронет меня, я точно знаю. Но… разве не идеальный момент, чтобы отпустить всех своих демонов? Выгнать их к черту из своей жизни и не позволить им больше ее отравлять!

– Я хочу… Хочу тебя. Очень…

Ему хватает этих слов. И мне, если честно, тоже хватает…"

"Тимур срывается сразу же, точно голодный зверь нападает на свою добычу, которая больше не хочет сопротивляться!

Мы все еще у стены, я прижата к ней, распята на ней!

Тимур целует везде, впивается в губы, переходит на шею, ключицы, срывает халат с плеч и метит поцелуями их… Словно он не может определиться, чему больше уделить времени, или… Или просто и правда так сильно скучал.

Боже. Мне становится очень стыдно, за все-все! И так хорошо…

Он развязывает пояс от халата, отбрасывает его в сторону, ткань разъезжается, теперь не скрывая абсолютно ничего! Я машинально поднимаю руки, хочу прикрыться, но Тимур перехватывает мои запястья одной рукой и поднимает их над головой, прижимая к стене до легкой боли. Обездвиживает. Возбуждает, издевается!

– Не сметь! – рычит на меня и… Боже мой. Господи боже мой!

Его губы на груди ощущаются как самое правильное, что есть в этом чертовом мире!

Он сжимает свободной рукой, языком задевает соски, доводя меня до отчаянных стонов. Грудь все еще очень чувствительна, и он знает это! Знает и изводит меня специально, заставляя извиваться в его руках…

Отпускает мои запястья, а я зарываюсь пальцами в его волосы, прижимая к себе. Так скучала… так скучала по его сумасшествию, так сильно хотела его все эти бесконечные месяцы.

– Как же я скучал, – рычит он, дублируя мои мысли. Как всегда – одни на двоих. – Как же я сильно скучал, Саша!

Он спускается ниже, покрывает поцелуями живот, добивая меня окончательно. Тот самый неидеальный живот, из-за которого я боялась, что он может меня разлюбить!

Но ему и правда все равно… И на плюс шесть на весах, и на уродливые растяжки. Он сжимает руками бедра и просто хаотично целует меня везде, заставляя стонать от жадных касаний.

И он опускается еще ниже. Встает на колени… Его губы на бедрах, а мое сознание где-то за пределами галактики, кажется.

Дрожу, ощущаю дичайшее волнение и вскрикиваю, когда Тимур отодвигает мое белье в сторону, и…

– Стой! Тимур, боже, не все сразу!

– Нет, Саша, – говорит он снова с рычанием и капелькой злости, смотря на меня снизу вверх. – Все. И сразу.

– Тимур…

– Я сказал.

И он сказал. И белье к чертям по швам, обжигая кожу, и его губы такие правильные… И стоны мои такие громкие, потому что не могу иначе, и точно знаю, что никто не услышит.