Чистилище для невинных

Никто вас не найдет! Пару деньков о вас поговорят, а потом забудут… Но уж я-то о вас позабочусь.

Изгибаясь, как вытащенная из воды рыба, Джессика в конце концов смогла прижаться к Орели. Лицом к лицу. Их слезы перемешались.

Джессика могла бы сбежать, вот только что. В тот момент, когда похититель остановил грузовичок где-то на краю света.

Но он помахал огромным ножом и прижал его лезвие к горлу Орели:

— Если не будешь делать, что говорю, я зарежу твою подружку… А если будешь послушной, вы с ней останетесь живы-здоровы.

Тогда Джессика согласилась залезть в кузов автомобиля, а потом и выпить что-то из пузырька. Прежде чем провалиться в глубокую черную дыру. И проснуться связанной и с кляпом во рту. С головой, раскалывающейся от боли и собственных криков.

Наверняка далеко от дома.

Обреченная, это уж точно.

Я должна была бы сбежать. А теперь слишком поздно. Он убьет нас обеих.

Я должна была бы сбежать. Я могла бы предупредить родителей, копов.

Этот псих, возможно, не убил бы Орели.

Я должна была бы… Я не должна была бы…

Я наказана. За то, что срезала путь и пошла по пустырю. Хотя родители мне запретили.

Я наказана… За то, что решила сбежать из дому.

Что так часто мечтала о том, как было бы клево, если бы у меня не было младшего брата. Что столько раз ревновала к нему.

Что думала, что лучше было бы быть единственной дочкой или чтобы моей сестрой была Орели.

Я наказана за то, что позавчера сказала эти ужасные вещи бабушке.

Что врала столько раз.

Я наказана за… за столько всего.

Джессика разразилась рыданиями, захлебнулась в слезах.

Орели тоже дышала с трудом; холод и страх сковали ее легкие, судорогой сжали мышцы.

Странно, но ее не покидала одна мысль. Кто теперь позаботится о Малабаре? О шиншилле, которую воспитатели месяц назад подарили ей на четырнадцатилетие? Они ведь не бросят ее, если я не вернусь? Нет, они не могут так поступить…

Мужчина за рулем принялся подпевать известной мелодии, которую передавали по радио.

Джессика и Орели тоже ее слышат. Только они больше не поют.

Не запоют больше никогда."

"You know we’re too young to die… You know we’re too young to die…

Пятница, 7 ноября

Глава 20

Несколько минут после полуночиРафаэль взглянул на часы; ночь предстояла долгая.

Вильям уснул. Он был так измотан, что опять впал в бессознательное состояние. Порой он исторгал какие-то горестные хрипы, бормотал обрывки слов без начала и конца.

Рафаэль поднялся, потянулся, чтобы размять задубевшие от неподвижности мышцы, и удалился в кухню. Поставил чашку с кофе в микроволновку и закурил. Разогретый напиток показался ему омерзительным, но кофе был необходим ему, чтобы тоже не рухнуть, как Вилли. Сегодня ночью он не собирался спать.

Постояв мгновение на пороге, он, прежде чем вернуться к брату, глубоко вдохнул холодный и чистый воздух.