Сама невинность

Учитывая уровень высшей магии, на который на Альваре способны единицы, неоксину не сложно было бы поддерживать их религиозные чаянья, изображая светлого бога на земле. Именно светлого, потому что темных с таким теплым взглядом и открытой душой не бывает.

- Ступай со служанками, моя асса, - лаская взглядом, произнес лорд Карбо.

Он держал мои руки в своих, и от его близости приятное тепло разливалось по всему телу. Или, быть может, это от странного сока? Вряд ли станут травить того, кого сами же избрали для защиты. Кроме того, в суть проблемы меня так и не посвятили.

- Новая заря – новая жизнь – новые мысли. Так говорят у моего народа, - добавил Нео прежде, чем выпустить меня.

А я… Я растерялась, лишившись источника тепла, к которому привыкла как-то разом, почти мгновенно. Ощущения и пугали, и настораживали одновременно. Мне было так хорошо и интересно в компании неоксина, что это могло стать проблемой. Потом, когда задание закончится и аристократ из Боланайла уйдет из моей жизни.

Сделав несколько шагов назад, я развернулась и решительным шагом направилась прочь из зала. Правда, уже за дверями, где Нео не мог меня видеть, отвага мне изменила. А впереди еще ночь. В одной постели с ним, между прочим. Одна мысль об этом вызывала дрожь во всем теле, волнение и предвкушение. Да, именно предвкушение, потому что, несмотря на все опасения, неоксин меня привлекал и нисколько не отталкивал.

Мне подготовили огромную чашу, в которой поместились бы несколько Виннар одновременно, и которая здесь заменяла обычную ванну. Теплая вода, источающая тонкий аромат неизвестных мне цветов, успокаивала и приводила мысли в порядок. Чего я так испугалась? Нужно просто меньше обращать внимание на хозяина и чаще вспоминать брата и друзей. Вероятно, тогда привыкания и, как следствие, болезненного расставания вполне можно избежать.

Ласковые руки Тинаш массировали плечи, а Унати – пальцы рук. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем я поднялась из воды. Отсидеться все равно не получится, и в общую спальню идти придется.

Вытирать я себя не позволила, забрав полотенце из рук служанок. Они положили ночную одежду на один из пуфов, тщательно расчесали мне волосы, уложив их в простую, но милую прическу. После этого ушли.

А я смотрела на сияющий шелк, расшитый мерцающим серебром, и не могла представить, как в таком произведении искусства можно спать. На ощупь тонкое платье оказалось мягким, приятным к телу, а халат, который накидывался сверху, лишь придавал наряду изысканности. Складки прекрасного платья спускались до самого пола, прикрывая пальцы ног. Обуви слуги не поставили, но я с детства любила ходить босиком и нисколько не расстроилась.