Невинная для миллиардера. Притворись моей (СИ)

— Я не думал об этом, но это не проблема. Вы можете и дальше жить как живете. И уж тем более вам не придется со мной спать.

Я не знаю, что ответить, поэтому просто качаю головой.

— Говорю вам еще раз: через три месяца мы разведемся, — говорит он спокойно. — Если хотите, напоминайте себе, что это только юридический аспект. Можете и фамилию не менять. Когда вы вступите в настоящий брак по любви, это будет у вас первый раз.

Он прав, но я не могу забыть, что согласилась на это ради денег. И я не уверена, что моя совесть не будет меня грызть, сколько бы он мне ни предложил.

— Не понимаю, зачем вы сказали Виктору Михайловичу, что мы женаты? — спрашиваю я раздраженно. — Как так вышло?

Он прикрывает глаза и делает глубокий вдох.

— Можно ведь сказать ему, что мы не женаты, — продолжаю я. — Я могу сделать это, если вы сами не можете.

Я бы не сказала, что дружу с Виктором Михайловичем, но я знаю, что нравлюсь ему. Он говорит мне это каждый раз, когда приходит в офис.

Леон Андреевич изучает мое лицо.

— Граф сказал, что я сам испортил себе жизнь…

Мои глаза расширяются.

Он откидывает голову назад.

— Мы обсуждали мои планы на будущее, личные планы, и мне нечего было ему сказать, кроме как соврать.

Слишком много слов, но все равно ничего непонятно.

— Я не понимаю, объясните мне… — прошу я.

— С тех пор как он назначил меня Генеральным директором, он постоянно мучает меня вопросами о том, когда я остепенюсь. — Он бросает взгляд на в открытую дверь кабинета. — Виктор Михайлович знает, что в моем окружении нет ни одной достойной, интересной женщины, о которой можно говорить как о спутнице жизни, поэтому он заговорил о тебе.

— Обо мне? — Спрашиваю я, чувствуя, как румянец заливает мои щеки.

— Вероника — замечательный человек. Вероника умная, добрая и внимательная. Она красивая молодая девушка.

— Виктор Михайлович говорил обо мне такие вещи?

— И даже больше. — Он кивает. — В конце концов, я сказал ему, что мы общаемся вне работы. Я думал, этого будет достаточно, чтобы успокоить его, но он продолжал настаивать на том, чтобы я сделал вам предложение и назначил дату свадьбы, поэтому на днях я сказал ему, что мы просто распишемся на этой неделе. Слова вырвались сами по себе. Прежде, чем я смог себя остановить.

Я знаю Леона Андреевича больше года и никогда бы не подумала, что он поддается давлению, даже со стороны своего шефа.

— Граф переехал в Израиль, поэтому я предположил, что он останется там, — он проводит рукой по затылку. — Этот визит стал для меня полной неожиданностью.

Леон Андреевич заполнил некоторые пробелы, но я все еще чувствую, что мне не хватает большого фрагмента этой головоломки.

Я решила спросить иначе.