Невезучая попаданка, или Цветок для дракона

Дело в том, что огромный «актовый зал», обычно легко вмещающий всех обитателей академии, сегодня буквально трещал по швам. К этим самым обитателям прибавились ещё родственники и друзья выпускников, причём желающих посмотреть на триумф своих близких было очень много. Поэтому были введены ограничения — не более девяти приглашённых на студента, каждой семье выделялось десять мест, считая с самым студентом.

На положенных мне десяти местах разместились мои родители, оба брата, две старших сестры с мужьями и император Мелануир с принцем Даританом, бывшим когда-то Шолто. Два последних — под личинами, император — чтобы никого не пугать своей венценосной персоной, наследный принц — чтобы не создавать ажиотаж среди студенток.

К сожалению, Ройстон-Унрек прийти не смог, последние годы я его вообще очень редко видела, всё своё время он проводил, присматривая за своей трёхлетней половинкой. Он сказал, что раз уж ему повезло не искать свою истинную, а знать её с рождения, то повториться истории Килиана он не позволит, и глаз с девочки не спустит. Сейчас эта крошечная эльфийка воспринимает его как своего личного и персонального огромного плюшевого мишку, но пройдёт лет пятнадцать — и всё изменится. И я очень рада за того, кто стал моим самым лучшим другом, хотя это с его нелёгкой руки местные перевёртыши частенько дразнят меня бабулей.

Подойдя в сектору, где сидели преподаватели и прочие сотрудники академии, я опустилась в оставленное для меня кресло — уж здесь-то для меня местечко всегда найдётся. Улыбнулась Хизер и Килиану, получила лёгкий поцелуй от мужа и забрала у него наше сокровище — дочурку Мегги. Маргарет — не самое привычное для этого мира имя, но когда мой дракон предложил мне самой назвать наше дитя, я не стала себе ни в чём отказывать и назвала дочь «цветочным» именем. Рик так нас и называет: «Мои прекрасные цветочки».

И вообще, в этом мире уже полным-полно бессмертных с английскими именами, более того — смертные тоже стали называть детей в честь членов недавно обнаруженной в другом мире ветви императорской семьи, это стало некоей модой, поэтому наша дочь сильно выделяться среди ровесников не будет.

У нашей малышки ярко-бирюзовые кудряшки, а вот глаза тёмно-синие, мои, да и внешне она моя маленькая копия. Ей одиннадцать — думая про пятнадцатилетний драконий цикл, я не учла, что отсчёт начнётся не с нашей встречи, как случилось бы, перевесь моя сущность перевёртыша. Гены гаргульи победили, своего цикла у меня нет, потому и цикл Рика не сбился, а я получила дочурку на три года раньше, чем надеялась.

Как и любой дракон, она взрослеет в три раза медленнее человеческих детей, и пока еще совсем малышка, не намного больше Рокета, которого держит в объятиях.