Сказочное невезение

Она шла зигзагами вдоль стены и состояла из одних только ступеней – ничто не мешало вам свалиться с внешнего края. Ступени были из сланца, как и все остальное, и при этом такими древними, что наклонялись наружу, к пустой середине помещения. А самое неприятное состояло в том, что высотой эта конструкция была не меньше предыдущей деревянной башни.

Я сказал себе, что это, по сути, ничем не хуже Столового утеса. Кристофер только сглотнул.

– Раз оступишься, – сказал он, – раз поскользнешься – и будет Чемпу чем поужинать. Правда, я думаю, что смогу удержать нас волшебством, если мы будем подниматься рядом.

Пес поначалу отказывался заходить внутрь. Я знал, что его смущает запах и вид этой лестницы, но Кристофер жизнерадостно пояснил, что Чемп всю жизнь прожил на улице и ему, вероятно, запрещали входить в помещение. Может, так оно и было. Кристофер тем не менее подтащил сопротивляющуюся псину к началу лестницы. Там Чемп уперся всеми своими четырьмя здоровенными лапами, сдвинуть его было невозможно. Мы поднялись немного и попытались его подозвать, но он вышел на середину пола, черного и вонючего, и опять завыл.

Кристофер сказал: «Полная труба!» – спустился и привязал свой шейный платок к ошейнику Чемпа вместо поводка. Тот взвыл. Платок натянулся. Чемп перестал выть, встряхнулся, однако с места не стронулся.

– А может, он знает что-то такое, чего мы не знаем? – предположил я.

Рука моя лежала на ступеньке в двух пролетах над землей, ступенька была склизкая. Хотелось найти какой-то предлог, чтобы не карабкаться по этой лестнице.

– Он знает ровно столько же, сколько и мы. Трус он, вот и все, – заключил Кристофер. – Чемп, я отказываюсь накладывать побудительное заклятие на какого-то там пса. Пошли. Поздно уже. Ужин дадут, Чемп, ужин!

Это сработало. Чемп во весь опор понесся наверх. Меня впечатали в каменную стену – сперва собака, а потом Кристофер, которого пес тащил за собой: пришлось мчаться во весь дух, чтобы от них не отстать. Первые три пролета мы миновали на огромной скорости, но потом, когда пустое строение сомкнулось с боков глубоким зловонным колодцем, Чемп вроде как сообразил, что стоит поберечь силы, и сбавил ход.

Так оно было еще хуже. Я карабкался, вжимаясь спиной в шершавую стену; меня поддерживала лишь одна надежда – что Кристофер наложил на нас хорошее, сильное заклятие. Наверху некоторые ступени оказались сломанными или совсем уж кривыми. Чтобы отвлечься, я спросил:

– А почему ты сказал, что мой Злой Рок, в смысле, моя карма – это запредельная ахинея?

В пустом пространстве голос мой прозвучал как какое-то замогильное уханье.

Голос Кристофера, который ответил мне сверху, замогильно ухнул в ответ:

– Мне кажется, у тебя вообще нет кармы. По моим ощущениям, ты новенький, свежий.