Укрощение невесты

Да, она, конечно, устала, но не могла отдыхать одна, тем более что она знала, насколько он тоже устал. Мерри понимала, что ему не нравится ее неповиновение, но ничего не могла с собой поделать. Старательно избегая его взгляда, она попросила:

— Расскажи мне о своей семье.

Алекс явно колебался. Мерри подумала, что он не станет ничего говорить и лишь еще раз предложит ей поспать, но тут он расслабился и начал рассказ. Мерри с любопытством слушала его повествование об отце, матери и сестре, о своем детстве, совершенно не похожем на то, что было у нее. Он рос счастливым, в окружении любящих родителей, которые не были пьяницами или больными и не нуждались в уходе. Только после смерти его матери — когда он уже был подростком — ситуация изменилась.

Алекс осторожно подбирал выражения, но все равно было ясно, что его жизнь после смерти матери перестала быть похожей на идиллию. Он никогда не оскорблял Эдду и ни в чем ее не обвинял, но после заключения брака между отцом и Эддой, состоявшегося по настоянию короля, жизнь в д'Омсбери стала куда менее приятной. В общем-то, этому можно не удивляться. В конце концов, Эдда сама рассказывала, как она была несчастна, когда ее заставили выйти замуж и переехать в совершенно дикую Северную Англию. Но судя по тону Алекса, стала несчастной не только Эдда.

Плавно покачиваясь на лошади и прислушиваясь к спокойному голосу Алекса, Мерри, в конце концов, прижалась к его груди и закрыла глаза. Когда он замолчал, она попыталась открыть глаза и задать еще один вопрос, но это на первый взгляд простое действие потребовало от нее таких больших усилий, что она сдалась и провалилась в сон.

Через некоторое время она проснулась, но не сразу поняла, что ее разбудило. И только стряхнув остатки сна, почувствовала, что грудь, к которой она прижималась, слегка трясется, будто от смеха. Она с любопытством взглянула на мужа и поняла, что он действительно смеется.

— Я что-то пропустила? — спросила она и оглянулась. Рядом никого не было. Она не могла понять, что его так рассмешило, пока Алекс, громко фыркнув, не объяснил:

— Что? — Мерри выпрямилась, густо покраснела и замотала головой. — Ты ошибаешься. Я леди, а леди не храпят.

Это заставило Алекса засмеяться еще громче. Мерри одарила мужа пылающим взглядом и с раздражением повторила:

— Храпела, моя дорогая, — заверил Алекс и добавил с явной насмешкой: — И не слишком изысканно. Ты разбудила себя своим же храпом.

Мерри насупилась, тогда Алекс наклонился и поцеловал ее.

— Все в порядке, милая. У меня тоже есть недостатки.

— Но я не храпела! — возмутилась Мерри. — А если так, то это наверняка из-за неудобного положения.