Две невесты на одно место

 – У тебя устаревший стереотип относительно макарон. Вот смотри, что на упаковке написано: «из твердых сортов пшеницы», поэтому-то они не развариваются и сохраняют форму… Тебе правда понравилось, милый? – с тревогой повторила девушка.

– Очень, – успокоил я ее. – Но мне пора.

– А может, добавки? – спросила Вера с надеждой на то, что я все же решу задержаться.

– Давай лучше в следующий раз. Сейчас мне нужно бежать. Нет ни одной свободной минутки."

"Оказавшись в лифте, я неожиданно почувствовал прилив энергии и невольно подумал, что в семейной жизни есть своя прелесть. Если вам посчастливится найти тихую спутницу, не особо болтливую, не эгоистичную, хорошую хозяйку и верную подругу, то, вполне вероятно, если в браке не появятся дети, проживете с женой счастливо. Главное, чтобы тебя понимали, и образование вкупе с происхождением второй половины тут особой роли не играют. Вот, допустим, Вера. Похоже, девушка в своей жизни не прочитала ни одной книги, но ведь сумела же она понять: я нестандартный индивидуум. Более того, сейчас я поостерегусь делать замечание о глупости девицы. Да, в первые наши встречи она вела себя более развязно, походила на наглых девочек, любительниц пить пиво в подъезде, но потом вдруг из уродливой гусеницы непостижимым образом начала вылупляться бабочка. Сегодня Верочка выглядела очень пристойно, без килограмма косметики на свежем личике, и еще она перестала говорить замечательное словечко «ихняя» и начала правильно ставить ударения. Если научить Веру достойно одеваться, дать ей некоторое образование, то…

Я потряс головой и сел в машину. Эх, Иван Павлович, ты, дружок, ближе к животному миру, чем полагаешь: попробовал вкуснейшее блюдо и растаял. Ну-ка, милейший, выбрось из головы Веру и рули к Коке, та небось уже извелась от желания вывалить все сплетни про Бориса Гофмайстера.

Глава 26

– Люди бывают умные и глупые, – щебетала маменькина подружка, вводя меня в гостиную, оформленную в удручающе мрачных, синих тонах. Верхний свет тут не горел, в помещении светил лишь один неяркий торшер, впрочем, это излюбленная уловка стареющих великосветских дам, не желающих демонстрировать пигментные пятна и морщины, испещряющие лицо, несмотря на все ботоксы, пилинги и подтяжки.

– Глупые людишки, – вещала Кока, – собирают рублики, предполагая, что к старости развяжут чулок, вывалят оттуда купюры и заживут без проблем.