Поймать невесту, или Кухарка поневоле

Вот только их лезвия уже горят черным огнем Тьмы. А я тянусь к Иде, глажу ее по голове, хотя знаю, что она сейчас ничего не чувствует. И одним щелчком перерезаю нить ее жизни.

Последний вдох, наполненный облегчением и благодарностью, касается моих ресниц.

Что ж, возможно, увидимся после нового круга перерождения, Ида…

Теперь осталось последнее и самое сложное.

Первая часть заклинания завершена. Магия набирает силу, заставляя меня крепче сжимать зубы. Контролировать магические потоки все сложнее и лоб покрывается испариной.

Теперь нужно всего-лишь перенести душу Эми в новое тело.

Всего-лишь…

По стенам старого особняка разбегаются трещины. Уцелевшие кое-где оконные стекла звенят в истеричном дребезжании.

Душа выходит легко, словно только этого и ждала. Измученное проклятьем тело неподвижно застывает рядом с Идой. И тут же помещается в новый “сосуд”.

Сила рвется волнами. На особо сложном участке заклинания я едва не нарушаю ритуал, только чудом удержав магию в узде.

Торопливо сглатываю, отдавая больше силы. Еще больше… Хоть бы получилось. Хоть бы это тело ее приняло!..

Некромантия - это не светлое целительство и даже не боевая магия. Это слишком тонкие материи, слишком сложные заклинания…

Ахаю сквозь зубы, когда отдача магии увеличивается в два раза. Теперь уже Эми как будто сама тянет из меня силы.

Так и должно быть. Все хорошо. Успокойся, Мэл…

Вижу, как девочка резко вдруг открывает глаза, раскидывает руки в стороны, выгибается…

Мой резерв опустошается со скоростью курьерского поезда. Почти ничего не осталось… Почти… Тррэш-ша!.. Не хватило!

Заклинание безжалостно цепляет мою собственную линию жизни, утаскивает мои дни в другое тело. Эми сейчас нужнее… а мне лишь остается сжать кулаки и закрыть глаза, подчиняясь магии.

Заканчивается все резко. Затихает ветер, исчезают магические огни. Гаснут одна за другой черные свечи на пентаграмме.

Я сижу на полу, вытирая тыльной стороной ладони текущую из носа кровь. Рука дрожит, перед глазами плывут белые “мушки”.

Мимо черным вихрем проносится долговязая фигура пожилого герцога. Шарль опускается на колени перед внучкой, осторожно касается тонкой руки грубыми обветренными пальцами солдата.

- Деда? - шепчет Эми и прижимается к его груди.

- Да, милая… - мужчина едва сдерживает слезы.

Даю им минуту, на большее меня не хватает. Не до сантиментов.

- Оплата! - требую жестко и немедленно, хотя еще едва могу стоять на ногах. - Давайте!

Сердце сжимается в тревожном предвкушении, когда старый герцог, наконец, выпускает внучку из объятий. Цепкие детские ручки все еще сжимают фалды его сюртука. Эми явно не помнит и не понимает ничего из того, что здесь произошло. Да это ей и не нужно.