Жемчужная невеста

– Её мать была сильфой, а их сила и воздушная ипостась может проявляться намного позже. Как и магия фениксов, фэйри..."

"На миг в комнате повисла звенящая тишина. Догадка была дикой, но в теории многое поясняла. Магия истинно стихийных сущностей была на вес золота, а на хрустальных леди и детей пламени и вовсе велась настоящая охота.

Энергия и крылья фэйри могли исцелить любую болезнь, а Дар феникса – даровать девять жизней и колоссальную магическую мощь.

Желающих заполучить подобный трофей было немало, и если я прав, Мари ещё в большей опасности, чем мы предполагали.

– Это нужно обдумать, – голос Ортеги звучал сипло и мрачно, – позже продолжим, сейчас пора перемещаться. Времени в обрез, а нам нужно закончить лечение.

ГЛАВА 25.3

Суарес открыл портал. Шаг... и меня поглотило золотистое марево, а в нос ударил удушливый запах трав, благовоний и... медовых роз? Их аромат выбивался из общего лекарственного флёра, пробуждая тёплые воспоминания и одновременно настораживая.

Цветы, подаренные мною Марианне, были особенными. Редчайший сорт, растущий лишь возле штормового храма в Ярванне. Кроме чарующего аромата и бархатных лепестков цвета закатного солнца, они обладали защитными свойствами - блокировали ментальные воздействия и оберегали от управляющих плетений.

Конечно, они не могли заменить мощные артефакты, но действовали даже сквозь «оковы» кольца-хранилища. Я рассчитывал, что их чары усилят жемчуг Анариэль и защитят моё сокровище от пакостей Терезы до тех пор, пока наша связь не войдёт в полную силу и я не смогу официально, не таясь поделиться с Мари своей магий.

– Что-то не так? – насторожился Ортега, заметив моё замешательство.

– Розы...

– Это мы достали! – из-за балдахина выскочила отощалая Люсьена. Духи-хранители были связаны с Мари и тяжело переживали её приступы. – Принцесса не могла надеть ваш браслет на прогулку, а розы хранили искорки штормовой магии, поэтому мы прикололи одну к корсажу как амулет.

Идея была отличной, жаль цветы не защищали от атакующих плетений...

– И сейчас рассыпали по подушке оставшиеся бутоны, но Мари «выпила» из них всю магию, – едва слышно добавил Гортензий.

Пожухлый альраун сидел на тумбочке, опёршись на подсвечник. Ботва духа выцвела и покрылась дырами, будто её погрызли паразиты, а ножные корни усохли.

– Боюсь, она выпила не только цветы, – ответил, медленно приближаясь к постели. Кадир ревел и бушевал, его злила моя осторожность, но я слишком хорошо знал, КАК может повести себя раненая вторая ипостась, почуяв поблизости мощный источник Силы.

Ради Мари я готов пожертвовать Даром и резервом не задумываясь, но слишком быстрое насыщение может спровоцировать новый приступ.