Невеста воина, или Месть по расписанию

И мы просто лежали вдвоем на одной постели, даже не касаясь друг друга — он, почитывая то самое устройство, и я… молча рядом. Наглость, да?

Пролежав так минут десять, я не выдержала:

Устройство мгновенно испарилось, а точнее, распалось на какие-то лучи и исчезло. Эран повернулся ко мне и неожиданно спросил:

— Зачем ты это сделала?

— Что? — не сообразила я.

Устало покачав головой, Эран мрачно произнес:

— Оставив тебя здесь, я был вынужден вернуться и сместить великого воина Агарна с должности хассара Айгора… Воин, не обладающий собственной крышей над головой, в соответствии с традициями Иристана не вправе занимать столь высокий пост. Во главе клана встал Риган, второй сын Айгора, и ему не решились бросить вызов. Во главе хассарата временно глава клана МакОрат. Твой отец лишился всего: положения, имущества, рабов.

Произнеся это, Эран смотрел на меня с каким-то осуждением, но это он зря — лично я была счастлива. И возник единственный вопрос:

— Что рабов? — Опять меня не понимали.

— Рабов, — говорю, — тоже лишился, всех?

— Всей собственности, — несколько напряженно уточнил он.

— То есть вообще всего? — Я просто в шоке, но на этот раз приятном.

Повелитель Иристана проследил за расцветающей на моем лице улыбкой и не выдержал:

— Чему ты так радуешься?

— Да как это чему? — Я хмыкнула, торопливо встала и потопала за сейром. — Мне есть чему радоваться!

И расположившись на подоконнике, я связалась с мамочкой исключительно для того, чтобы ей сообщить:

— Все, можешь прилетать и приземляться, в смысле прииристаниваться! И можно даже на территории хассарата Айгора, кстати, Араванчик по тебе очень скучает и с радостью приютит!

У мамули на лице выражение безмерного удивления, после чего:

— Киран, я так просто не могу… к сожалению.

— Почему не можешь? — Да, издеваюсь над родной матерью.

— Я не могу, Киран, — очень грустно ответила мамочка.

Я же, улыбаясь, жду продолжения, причем лично мне причина известна — она ж папику как рабыня принадлежит, но интересно, сама скажет или нет.

— Понимаешь, я… — Мама поджала губы, опустила глаза и шепотом сказала: — По иристанским законам я собственность хассара Айгора. Просто тогда…

— Ты стала его рабыней, — закончила я за мамочку и улыбнулась ее встревоженному взгляду и виноватому выражению лица. Мам, да забей ты, — весело посоветовала я, — ну, мудак он, да еще с тенью лишней в голове, ну, что с него взять?

— Ничего. — Мама судорожно вздохнула. — Но мое приземление на территории хассарата Айгора автоматически…

— Забей, говорю. — Я встала, широко улыбнулась и похвасталась: — Нет у папандра больше собственности, мама. Никакой, вообще!

Мамулины глаза увеличились чуть ли не вдвое, а я решила пояснить, чтобы не переживала:

— Я его дворец взорвала, мама.