Тринадцатая невеста

Но вот мех… Пушистый, жемчужно-серебристый, от него даже глаз не оторвать, не то что рук. Орк помог мне надеть эту красоту прямо поверх куртки, застегнул, и я влюбилась.

– Ой, лирра, как удачно, как раз ваш размер! – Продавец радостно улыбнулся. – У меня одна-единственная шубка из олеаты, но вот на невысокий рост. Уж сколько лирр расстроились, что не их размер.

А я медитировала перед зеркалом, глядя на это великолепие. Пушистый капюшон лежал на плечах, а у меня просто глаза горели. Я подняла взор и увидела на лице Адриэна, стоявшего за моей спиной, мечтательное выражение. Он тихо подошел, положил мне руки на плечи и повернул к себе.

– Мы берем эту шубку. – Парень кивнул и поправил мне на лбу прядь волос.

Меня распирало от желания подпрыгнуть на месте от восторга и повиснуть у него на шее.

– Олеата – это зверь? – спросила я орка.

– Да, лирра. Невероятно опасный хищник, но мех, как видите, роскошный. И не менее практичный. Не промокает, не продувается, и даже в самый лютый мороз вы в этой шубке не замерзнете.

Да-а-а, вещь! Взяли мы ее! Ох, с ума сойти, у меня теперь есть шубка!

В общем, прибарахлились по полной программе. К концу нашего магазинного марафона у меня самой уже ноги подгибались, а на гвардейцев даже смотреть жалко было. Угрызения совести по поводу того, что все эти покупки оплачивает Адриэн, меня уже давно не мучили. Сначала они еще поднимали голову, и я робко пыталась возразить, мол, может, не надо так много? Заткнулись они на шубе. Я просто не могла устоять перед этой красотой. В конце концов, разве я здесь не по вине Адриэна? Разве я еду к оракулу добывать камень не для императорских призраков? Вознаграждение и моральная компенсация мне полагаются? Вот и все. Я же не требую бриллианты в десять каратов, если такие вообще бывают.[14] А одежду приобрести – не обеднеет.

Наконец мы все купили, доползли до какой-то таверны и буквально упали за стол. Гвардейцы с облегчением вытянули ноги и расслабились. Слабаки! А мы с Адриэном переглянулись и неожиданно одновременно рассмеялись.

– Да, Лиля. Теперь я понимаю дядю. Он готов был выдать жене любую сумму, лишь бы она шла за покупками с подругами или фрейлинами.

– Ну должен же ты был отстрадать за свою безалаберность и мои мучения? – фыркнула я.

– Для тебя – все что угодно, – улыбнулся мой меценат. – Ведь красиво одетая девушка – это произведение искусства.

– Спасибо. Особенно за шубку, я просто в восторге. У меня еще никогда не было меховой одежды, только пуховики. – Я смущенно улыбнулась. Все же трудно быть серьезной и невозмутимой, когда столько подарков и обновок.

Он промолчал, просто улыбнулся. Нам наконец принесли еду, и какое-то время мы просто наслаждались ею.

– Лили, я кое-что еще забыл купить.