Преданная. Невеста (СИ)

Демон… Он нас предупредил.

Мы с судьей не пересекались взглядами пять бесконечных дней. И первая же моя эмоция – слишком яркая. Кажется, что непобедимая. Я его люблю.

Черт. Я так его люблю!

Дыхание учащается. Смотрю в лицо и не могу оторваться.

Он выглядит заебанным и чуточку злым. Смотрит без слов. Улыбается коротким рывком губ вверх.

Здоровается скупо. А я и так не могу.

Горло не пускает слова.

Киваю, отступая, веду по воздуху рукой. Это значит: проходи.

Он ступает начищенными ботинками на мой, слегка пошарпанный временем, пол. Я проезжаюсь по силуэту.

Одет, как всегда, с иголочки. Пахнет так, что крышу сносит. Кожа зудит. Во рту собирается слюна.

Поворачивает голову и смотрит на меня. Давлюсь воздухом.

Покачивает рукой на уровне груди. Типа «ну так». А у меня, как назло, особо и нет ничего.

Я отвечаю так же неопределенно. Жестами.

Сейчас у меня совершенно нет настроения углубляться в несуществующие детали. Резковато развернувшись, первой захожу в гостиную. Через нее – к кухне.

Не оглядываюсь, взмахиваю рукой в направлении дивана.

Все же смотрю украдкой от двери.

Слава в это время — на мой диван.

Но он не так прост. Поднимает глаза. Снова устало улыбается. Слишком нежно.

Не могу с ним бороться. Сбегаю на кухню.

Сооружаю на скорую руку закусочную тарелку. Раскладываю нарезанные фрукты и ягоды. Сыр. Вяленное мясо. Открываю оливки и крекеры. Зачем-то хочу доказать ему, что и хозяйка я тоже неплохая.

Суп из топора не сварю, но и постыдными студенческими бутерами потчевать больше не стану.

Боюсь, что он зайдет следом, поэтому то и дело оглядываюсь. Но он то ли сам не торопится, то ли мои флюиды ловит.

Послушно ждет в гостиной.

Вернувшись с широкой тарелкой в руках, ставлю перед ним. Волнуюсь, как школьница.

Вдвоем отвлекаемся на хруст картонного пакета. Вдвоем стреляем взглядом Славе под руку.

Я мысленно чертыхаюсь, он тянется без спросу.

Щеки вспыхивают, когда судья достает за ниточку изящные стринги с биркой.

Я приехала с шоппинга и бросила абсолютно не нужные мне бельевые излишества на диван. Все эти дни ни разу не подошла. Не примерила. Не рассматривала.

А теперь Слава тянет выше. Проезжается по кружеву длинными пальцами, достает следующий развратный аксессуар.

Меня накрывает волной непрошенного возбуждения. Я скучаю по нему. Я хочу забыть, что мною пользуются.

Потянувшись через стол, выдергиваю трусики, хватаю пакет и заталкиваю их назад.

– Эй… – На его не слишком бурное возмущение ляпаю:

Хочу унести в спальню, но только разворачиваюсь – чувствую сначала порыв ветерка, а потом как на кисти смыкаются пальцы.

Сделал выпад и поймал. Как всегда. Ему меня поймать легко.

Брови, изогнутые красивой птичкой, приподнимаются вверх.

Жаром в лицо бьет вполне закономерное:

Чувствую, будто стою на развилке.