Проданная невеста

Я больше не хочу туда — в ту страшную ночь, когда вернулась домой из больницы. Я даже не помню, жива я была или мертва: это было пограничное состояние. Абсолютно ужасное.

А он меня не понял тогда… Отец ребенка меня не понял.

Он не должен был оставлять меня одну. Несмотря на то, что гнала, что ненавидела и кричала на весь белый свет. Зверь это понял. А Руслан нет.

Я его проклинала за это, и сейчас желала, чтобы он прошел все те круги ада, что пережила я.

Но сейчас, когда я смотрела ему в глаза — впервые за долгое время спокойно, хоть и с болью, я видела, что с пожеланиями опоздала.

Он уже там.

— Тебе лучше уйти, — прошептала я. — Прошу тебя… Оставь меня в покое, ты причиняешь мне боль.

— Себе тоже, и что?

Я замолчала.

Он пришел поговорить по душам? Не слишком ли поздно?

— Я тебя не побеспокою, родная. Не бойся. Я сейчас уйду.

Руслан просто смотрел на меня, ничего не предпринимая. Не пытался забрать меня силой, как в прошлый раз. И тут до меня дошло, что он смирился. Смирился с реальностью, в который был виноват сам. Свою судьбу и жизнь он создал собственными руками.

Из-за нее теперь страдает и плохо спит, судя по внешности.

— Я хочу, чтобы ты меня простила. За все, Лили. Но больше всего, за нашего малыша…

Сволочь.

Наш малыш… Два простых слова, но связывали они нас крепче любых цепей. Неважно что между нами было, ничего не важно. У нас был ребенок.

Если бы он мне пощечину влепил, и то бы так больно не стало.

— Ты думаешь, я не понимаю? — продолжил он, Руслан облизал губы. — Я знаю, что виноват. Как и то, что ты ко мне не вернешься. Я уничтожил все сам. Ты была права, Лили, мне место в аду.

— Хватит… — в глазах стояли слезы.

За это время Руслан мне многое говорил. Он и прежде просил прощение. Но в этот раз кроме раскаяния в голосе было что-то еще. Какая-то новая эмоция…

— Если я сдохну, всем сделаю одолжение. Я просто хочу, чтобы ты меня простила.

— Ты просто за словами пришел? — не поверила я, в груди снова появилось режущее ощущение, словно тупым ножом водят. — Я тебя прощаю, если тебе будет легче!

Я говорила неискренне — хотела, чтобы он ушел и это жуткое чувство внутри исчезло вместе с ним. В коридоре раздались шаги. Зверь идет. На душе легче не стало — каждую секунду я умирала заживо, пока Руслан стоял передо мной.

Наверное, он то же самое ощущает.

Как и я он потерял ребенка. У нас разная боль — я мать, он отец. Но для мужчины, который не смог защитить семью, есть свой круг ада. Я хотела прокричать: с тех пор, как я тебя увидела, каждое твое действие было ошибкой! С каждый шагом ты загонял себя в ловушку все глубже, и меня — нас, вместе с собой!

Но зачем говорить об этом, это ничего не изменит.