Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Выставила перед собой руки, словно пыталась отгородиться. — Ты же все знаешь. Вито, сынок… Ты все знаешь, ты сам был свидетелем. Тело твоего отца не принимало мою магию. Я была бессильна! Ты все видел! Все!

Вито медленно кивнул:

— Да. Я видел. Но я не знал, что этот зверь ваш.

Он, наконец, пришел в себя. Сошла ужасающая бледность, и я заметила в своем муже уже хорошо знакомую решимость.

Ведьма с надеждой вцепилась в эти слова:

— Сынок, ведь ты понимаешь, что эти обвинения несправедливы. Я сделала для твоего отца все, что могла. Я сделала больше, чем могла! Ты видел, как я страдала! Ты сам все видел!

Но эти слова совсем не тронули его.

— Все? Вы утверждаете, что сделали все, матушка?

Она с уверенностью кивнула:

— Все. Уверяю тебя. Я клянусь!

Вито стиснул зубы. Смотрел вдаль, за спину матери, где искрились морозным светом свернутые кольца гигантского чудовища.

— Тогда почему эта тварь жива, а мой отец мертв? Почему все наоборот?

Казалось, ведьму сейчас хватит удар. Она содрогнулась всем телом, будто ее поразило молнией. Сжалась. Вдруг выпрямилась пружиной и раскинула руки в разные стороны, словно пыталась защитить змея. Ее необъятная грудь, яростно вздымалась. Она замотала головой:

— Зачем ты это говоришь? Я не понимаю! Не понимаю!

Вито снова надвигался:

— Вы могли исцелить отца, убив этого зверя. Он ваш, и вам это под силу. Почему вы этого не сделали?

Ее глаза остекленели, будто ведьма окончательно лишилась рассудка.

— Это невозможно! Невозможно!

— Это невозможно. — Она подалась вперед, протянула руку, пытаясь дотронуться до сына, но тот отстранился. — Сынок, прошу тебя. Твоего отца уже не вернуть. Ничего не исправить. Зачем ты терзаешь меня? Возможно, я совершила ошибку. Я признаю. И это мой грех. Мне с ним жить. — Она снова попыталась прикоснуться к Вито, и на ее глазах даже проступили слезы: — Сынок, я клянусь тебе, если бы сейчас можно было что-то исправить, я поступила бы иначе. Я бы все сделала иначе. Ничего не пожалела. Но ничего уже не изменить. Я не могу спасти твоего отца.

— Но вы еще можете спасти меня.

Ведьма съежилась, даже поджала руки:

— Что? О чем ты говоришь?

Вито терял последнее терпение. Я даже замечала в нем яркие колебания морозной магии.

— Посмотрите на меня, матушка!

Она уставилась, как тот и просил, но в стеклянных глазах не было ни проблеска сознания. Даже сейчас мегера видела лишь то, что хотела видеть.

Я стояла в стороне и просто смотрела, не считая возможным мешать. Но буквально леденела от накатывающего предчувствия. Свекровь ничего не сделала, чтобы спасти своего мужа. Захочет ли спасти сына? Боже… ведь этот вопрос вообще не должен был возникать. Разве для матери бывает выбор очевиднее? Теперь я как никто понимала, на что способна любящая мать ради своего ребенка.