Невеста по наследству

Нельзя осуждать человека, не доказав его вины полностью, а ты доверилась своим эмоциям и, думаю, совершила непоправимую ошибку.

Конечно, если за эти дни вы оба не одумаетесь и не попробуете исправить ее.

— Уже слишком поздно, — Настя уткнулась головой в его колени. — Послезавтра Сергей женится на Фелиции Лубянской. Вчера он сделал ей предложение,

И она согласилась.

— Это ни о чем не говорит. Он же не обвенчался с ней незамедлительно? Значит, чего-то выжидает. Думаю, он оставил себе последний шанс, так же как и тебе, глупышка. И грех было бы им не воспользоваться!

— Но как я могу им воспользоваться? — воскликнула Настя и вскочила на ноги."

"— А это уж как сердце тебе подскажет! Тут я тебе не советчик! — Дядя Равиль поцеловал ее в лоб и мягко подтолкнул к двери. — Иди принеси мне саквояж и отцовский дневник…

Настя поднималась по лестнице, с трудом переставляя ноги. В голове ее царила полнейшая сумятица, но она все-таки призналась самой себе, что поступила крайне неосмотрительно и теперь рискует потерять Сергея навсегда. Он выбрал Фелицию, и, как бы ни была греховна их прежняя связь, эта женщина составит ему достойную пару. Она красива, умна и по сравнению с нею гораздо опытнее в любви… Новая графиня Ратма-нова по праву воцарится в поместьях своего мужа…

Настя открыла двери своей комнаты и вздрогнула. На столе у раскрытого настежь окна едва-едва мерцала свеча, и сильный сквозняк, разметавший по комнате какие-то бумаги, почти задул ее. Настя испуганно вгляделась в сумрак, затянувший углы комнаты, и вскрикнула от неожиданности. Откуда-то из темноты вынырнула гибкая черная фигура и метнулась навстречу девушке. Настя отшатнулась, закричала, попыталась прикрыться локтем, но чья-то сильная рука прижала к ее лицу салфетку с хлороформом. В самой глубине ее сознания вспыхнул ослепительный огонь, который в одно мгновение сжался до еще более ослепительной световой точки. Настя попыталась освободиться, но уже в следующее мгновение кромешная темнота окутала ее, и она потеряла сознание…

Глава 30

Настя медленно открыла глаза. Веки, налитые непомерной тяжестью, едва повиновались ей. Склонившиеся над ней лица казались размытыми цветными пятнами. Неясные и расплывчатые, они шевелились и словно текли сквозь туман… Тут она разобрала голос матери: «Ну, слава богу! Кажется, очнулась!» — и улыбнулась ей. Потом Настя вновь закрыла глаза и быстро открыла их. Теперь она видела лучше. Отчетливо проступил светлый проем окна, и достаточно ясно обрисовались обеспокоенные лица мамы и Глафиры.

— Мама, что со мной? — спросила девушка и удивилась, насколько слабо и тихо прозвучал ее голос.

— Настя, тебе вредно разговаривать, — предупредила ее мать и кивнула возникшей из-за ее спины Ульяне. — Подай барышне морсу.