Незавидная невеста

Явились слуги, которые принесли мне целый ворох одежды — похоже, тот самый «скромный дар», — и я, несколько раз перечитав письмо Брайна Стенвея, подумала, что король несказанно мил и заботлив.

Но при этом я не чувствовала к себе интереса. Со стороны Брайна Стенвея, уверена, это было всего лишь проявление хваленого гостеприимства и… холодное любопытство.

Король вовсе не рассматривал меня как подходящую партию — да и какая из меня партия?! Наоборот, он разглядывал меня, как…

Как выставочный экземпляр — например, редкий и на короткий миг вызывающий удивление вид северных бабочек, которых искал в Черных Скалах Хокка знаменитый маг и энтомолог Стенли Уффорд.

Помню, нескольких мальчишек и девчонок из приюта отправили ему на помощь, чтобы мы выслеживали на каменистых склонах для известного столичного ученого редкую «добычу». Позже магистр Уффорд угощал нас сладостями и рассказывал о том, как много потерял наш мир, когда образовались Грани.

Вот и рядом с Брайном Стенвеем я не чувствовала себя особенной. Зато тем самым выставочным экземпляром, вызывающим кратковременное любопытство, — очень даже…

В Тронном Зале, в который я явилась в новом платье с открытыми плечами и золотым ожерельем на шее — еще одним подарком короля — и где первым прозвучало мое имя, тоже ничего не изменилось. Брайн Стенвей все так же смотрел на меня — с вежливым, но холодным интересом. Говорил комплименты — приятные, но от них веяло придворной любезностью.

Я ничего не могла с этим поделать, понимая, что сердце короля затронуть мне не удалось.

Зато в его присутствии я ощущала непонятную тревогу, охватывавшую меня каждый раз, когда наши взгляды пересекались. Или же когда я косилась на его расстегнутую рубаху под серебристым камзолом.

Тогда я закрывала глаза, пытаясь представить, какой он… на самом деле. Что за человек прячется под вежливой маской монарха Арондела? Как он поведет себя с той, которой найдется место в его сердце?

Потому что мое рядом с ним было неспокойно, хотя я прекрасно понимала, что королевой мне никогда не стать.

Куда увереннее я чувствовала себя в обществе герцога Раткрафта, когда тот в очередной раз пригласил меня на танец. Король же, открыв со мной бал, следующей подхватил под руку Бэсси Берналь — ту самую, которая, судя по ее взгляду, став королевой, прикончит меня первой."

"Вторым делом Бэсси, уверена, объявит войну Визмору — потому что после нее Брайн Стенвей позвал на танец принцессу Элизу, в его присутствии моментально расцветавшую и становившуюся почти красавицей.

Третьим делом, подозреваю, Бэсси Берналь не отказалась бы разделаться с Зарейном, который мы не так давно победили. Потому что принцесса Шейла в сиреневом наряде — под цвет ее глаз, — увешанная драгоценностями, была чудо как хороша.