Неуловимая невеста

При мысли о том, что атмосферные условия на любовном фронте, похоже, такие же прекрасные, он улыбнулся. Эмили была в поистине солнечном настроении. И хотя только он знал, почему ее лицо сияет, все же предполагал, что и остальные кое-что подозревают.

Он сам не понимал, рад или нет тому, что оказался на маленькой шебеке, нагруженной кувшинами с оливковым маслом, куда с трудом втиснулись все пассажиры. Здесь совсем не было укромных уголков, где он и Эмили могли бы уединиться.

Впрочем, может, это к лучшему. Он использует время пути до Марселя, чтобы выработать свой план, как добиться ее согласия на свадьбу. Согласия стать его женой, без дальнейшего обсуждения мотивов или чувств.

Одинокий служитель культа, посланный в Тунис наблюдать и шпионить, старательно складывал вещи в дорожный мешок. Он выполнил приказы и, хотя не смог захватить майора, все же выполнил главную и самую важную задачу.

Увидев майора и его людей, он сделал все, чтобы сообщение ушло со следующим же приливом.

Можно надеяться, что господин останется доволен.

Завязав мешок, он оглядел крошечную комнатушку, повернулся и вышел.

Сегодня мы отплыли из Туниса при попутном ветре, который, по мнению капитана Дакосты, будет сопровождать нас до Марселя. Дакоста очень напоминает Лабуля и, следовательно, Гарета, что подводит меня к главной мысли.

Люди действия, вроде Гарета, капитанов одной и другой шебеки, берберских вождей, имеют сходные характеры, особенно в смысле личной жизни. Я размышляла над мудростью немолодых берберок, которые всю жизнь прожили с подобными мужчинами. Без них мне пришлось бы нелегко в общении с Гаретом Гамильтоном.

И теперь я считаю, что он, несомненно, испытывает ко мне какие-то чувства. Все указывает на то, что это любовь. И это очень важно, если понять, что только любовь, вечная и взаимная, может стать основой нашего брака.

Как же мне заставить его признаться?

Как всегда, исполненная решимости

Нападение произошло на рассвете.

Эмили проснулась, как от толчка, и с трудом села в своем гамаке. Вопли доносились с палубы вместе с отчетливым звоном стали.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Гарет в бриджах и рубашке, с пистолетом в руке. Сабля висела на боку.

— Оставайтесь здесь, — велел он Эмили и для пущего впечатления пригвоздил повелительным взглядом Доркас и Арнию, после чего повернулся и исчез. Женщины переглянулись и стали выбираться из гамаков. Первые лучи робко проникали через крошечный иллюминатор, и они едва могли разглядеть друг друга.

Кое-как одевшись, они собрались у подножия трапа на корме. Ни одна женщина не желала остаться в стороне.

В подобных делах главную роль брала на себя Арния. Вскинув голову, она прислушалась к глухим ударам и топоту, наклонилась к Доркас и Эмили и прошептала:

— Пусть битва разгорится.