Непокорная невеста

Она протяжно сказала ему вслед:

— Если меня ждут такие наказания, я буду строптивой и непокорной.

Раймонд запахнул-таки свой плащ, изрядно подмокший, и ответил:

— Хорошенько подумайте, миледи. Я сказал вам про наказание, но вы еще не знаете, как я умею награждать.

О, какая у него улыбка! Белоснежные зубы, загорелое лицо. Насмешливо приподнятые брови. Он знал, чем ее соблазнить. Теперь Джулиана будет стараться во что бы то ни стало ему угодить.

Как будто существуют еще какие-то восторги и наслаждения сверх тех, которые познала она минувшей ночью.

Стараясь не задеть волдырь на ладони, она разложила перед собой шерстяную ткань.

— Сначала тунику, миледи? — спросила Файетт.

Джулиана рассеянно кивнула, и служанка приложила к материи потрепанную тунику Раймонда. Джулиана куском мела сделала выкройку, и Файетт удовлетворенно кивнула:

— Очень хорошо, миледи. Можно кроить.

Он лжет, хвастается. Не может быть, чтобы у него в запасе были еще какие-то штучки… Но внутри у нее все трепетало от любопытства, а губы сами расползались в улыбке. Никакой он не оборотень, сэр Джозеф наврал. Всю ночь Раймонд сохранял обличье человека, был самым что ни на есть обыкновенным мужчиной. Хотя нет, необыкновенным, если иметь в виду мастерство и неутомимость.

Файетт опустилась на корточки возле сундука, где хранились крашеные ткани.

— Теперь будем делать плащ, миледи?

— Да. Возьми алую материю. Такой плащ будет отлично смотреться поверх его нового камзола. Его можно носить и каждый день.

— Да, он в таком наряде будет писаный красавчик, — со знанием дела кивнула Файетт. — Черные волосы, смуглая кожа — то, что надо.

— Пожалуй, ты права, я об этом и не подумала, — соврала Джулиана, отстегивая от пояса ножницы.

Файетт хихикнула, но Джулиана решила не обращать внимания на ее непочтительность.

Кейр только недавно наточил ей ножницы — она провела пальцем по краю и обрезалась. Да, свое дело Кейр знает.

Ах, Кейр…

Мысли о нем не давали ей покоя. Конечно, хорошо, что в Бартонхейле комендантом будет человек, которому можно доверять, но как посмел Раймонд принять это решение без ее согласия! Ножницы свирепо кромсали ткань.

Зачем ему ее согласие? По законам Англии, Франции и Аквитании, по законам всего христианского мира, ее земли отныне принадлежат мужу. К тому же человек он опытный и мудрый, так что грех жаловаться. Но ведь она и сама не дура, умеет принимать решения, привыкла полагаться на себя. Плохо, когда зависишь от кого-то другого.

— Хорошо получается, миледи, — объявила Файетт, забрала раскроенную тунику и разложила на столе алую материю. — Скажу портнихам, чтобы поскорей закончили.

— Да, пусть сошьют тунику сегодня же вечером. Лорд Раймонд ходит в каких-то лохмотьях.