Непокорная невеста

Девон подал Кассандре руку, чтобы помочь подняться, и, окинув ее взглядом, застонал:

– Если леди Бервик об этом узнает, то будет метать громы и молнии не хуже Зевса. Только посмотри на себя!

Кассандра виновато улыбнулась, прекрасно понимая, что платье безнадежно испорчено: желтая ткань пропиталась потом и заляпана пятнами сажи.

– Ты, наверное, думал, что только Пандора была заводилой в наших авантюрах, но, как видишь, я тоже кое на что способна.

– Пандора бы тобой гордилась, – мрачно заметил Девон, хотя глаза его улыбались. – Иди переоденься, пока тебя никто не увидел. Скоро подадут чай, и я уверен, что Кэтлин захочет, чтобы ты помогла ей развлечь гостей.

Северин тоже встал и с непроницаемым лицом отвесил короткий поклон:

– Миледи, спасибо за помощь.

– Увидимся за чаем? – улыбнулась Кассандра.

Северин покачал головой:

– Сожалею, но должен ехать в Лондон: завтра рано утром у меня деловая встреча.

Кассандра явно огорчилась:

– О, действительно жаль. Я… мне так понравилось ваше общество!

– Взаимно, – сказал Северин, но в зелено-голубых глазах теперь сквозила холодная озабоченность.

Почему он вдруг насторожился? Раздосадованная и немного обиженная, Кассандра присела в реверансе:

– Тогда… до свидания.

В ответ он лишь коротко кивнул.

– Я провожу тебя до черной лестницы, – сказал Девон Кассандре, и она охотно последовала за ним. Как только они вышли из кухни, Кассандра тихо спросила:

– Мистер Северин всегда такой… переменчивый? Поначалу был само очарование, а потом у него без всякой причины испортилось настроение.

Девон остановился в коридоре и развернул ее к себе лицом:

– Не пытайся понять Тома Северина: верных ответов на свои вопросы ты не найдешь, потому что их нет.

– Да, но… с ним так просто и весело… Он мне очень понравился.

– Только потому, что ему это было на руку. Он великий манипулятор.

– Понятно, – Кассандру охватило разочарование, ее плечи поникли. – Наверное, поэтому он рассказал мне ту историю об отце.

– Какую историю?"

"– О том, как отец бросил его, когда он был еще ребенком, – увидев удивление на лице Девона, она спросила: – Он тебе ничего об этом не рассказывал?

Девон в недоумении покачал головой:

– Северин никогда не говорил об отце. Я решил, что он умер.

– Нет, он… – Кассандра помолчала. – Думаю, мне не следует рассказывать то, что он поведал мне лично.

Теперь Девон озабоченно нахмурился:

– Дорогая… Северин не похож на мужчин твоего круга. Он гений, беспринципный и расчетливый. Мне в голову не приходит никто другой в Англии, включая Уинтерборна, кто настолько находился бы в самой гуще событий, которые меняют нашу привычную жизнь. Когда-нибудь о нем упомянут в книгах по истории.