Невеста-наследница

Синджен осторожно вытянула ее, и на пол выпала небольшая пачка писем, перевязанная ленточкой из выцветшего зеленого атласа.

Все письма были от некоего лорда Донелли. Бумага, на которой они были написаны, пожелтела от времени, высохла, стала ломкой.

Лорд Донелли писал их в течение трех лет. Первое было написано им почти три десятилетия назад. Задолго до рождения Колина.

Кроме даты, на каждом письме имелся обратный адрес — поместье лорда Донелли в графстве Сассекс. Значит, он был англичанином. Синджен прочитала несколько строк из первого письма, потом торопливо сложила листок, подсунула его обратно под ленточку и вынула из пачки последнее письмо. Судя по дате, оно было написано вскоре после рождения Колина.

Синджен начала читать. Черные чернила выцвели, почерк был неровный, неразборчивый.

""Моя бесценная!"

"Если бы только я мог увидеть своего сына, подержать его на руках, хотя бы один-единственный раз прижать его к груди. Но я знаю, что это невозможно, как всегда знал, что тебе не суждено быть моей. Но теперь у тебя есть наш сын. Я исполню твое желание и не буду искать новых встреч с тобой. Но если когда-нибудь ты будешь во мне нуждаться, я приду на твой зов. Я буду молить Бога, чтобы твой муж перестал обращаться с тобой так жестоко, чтобы он больше не обижал тебя…""

Дальше буквы были размыты, словно на них попала влага, и Синджен не смогла их разобрать. Но это было уже не важно. Того, что она прочла, было достаточно.

Она уронила письмо себе на колени, и из глаз ее полились слезы. Но в душе ее не было сомнений. Она твердо знала, что ей нужно делать.

Через десять минут Синджен вышла из комнаты тетушки Арлет, оставив в очаге маленькую горстку пепла.

Войдя в гостиную, она подошла к камину и устремила взгляд на висящий над ним портрет Жемчужной Джейн. Желание Джейн было исполнено — ее портрет был повешен между изображениями графа, ее обидчика, и его жены.

— Спасибо, — тихо проговорила Синджен.

— Синджен, с кем это ты разговариваешь?

Как чудесно слышать, как он называет ее этим именем! Она обернулась и улыбнулась Колину, своему мужу, своему возлюбленному, человеку, за которого она, не задумываясь, отдала бы жизнь. Теперь он был в безопасности, и она тоже, и они будут жить долго и счастливо.

— О, я просто говорила сама с собой. Знаешь, мне кажется, что портрет Жемчужной Джейн пора хорошенько почистить. В округе есть какой-нибудь мастер, умеющий реставрировать старинные портреты?

— Наверное. А если подходящий мастер не сыщется в Кинроссе, мы найдем реставратора в Эдинбурге.

— По-моему, Жемчужная Джейн заслуживает, чтобы ее портрет реставрировал самый лучший мастер. Давай отвезем картину в Эдинбург. Да, вот еще что.