Невеста на уикенд

За столом виснет тишина, и чета Сокольских явно не понимает, какой сейчас двусмысленный диалог происходит у нас с их сыном, который уже поигрывает желваками от злости.

– Это вы сейчас о чем? – решается вставить свое растерянное Эмма Константиновна.

– Настя любит жаловаться на свое начальство, мам. Не обращай внимания, – кивает, бросая взгляд на родительницу, Сокольский и залпом осушает виски в бокале. – У нас частенько спор на эту тему. Просто Анастасия не знает, что значит стоять во главе многомиллионного холдинга и каждый день заставлять эту махину работать, чтобы сотни человек не остались без своих кровных.

– Зато Настя знает, что такое работать, добиваясь повышения, а остаться в итоге ни с чем. И да, Илья обожает тыкать меня носом в мои ошибки, Эмма Константиновна, – подмигиваю женщине, вконец осмелев. В конце концов, мне терять уже точно нечего.

– Настя, – осаждает меня женишок.

– Как скажешь, – одариваю дышащего огнем от гнева Сокольского улыбкой и под его пристальным взглядом запихиваю в рот вставшую комом в горле помидорку.

Нет, мы точно либо убьем друг друга к концу выходных, либо меня закопает где-нибудь под пальмой Эмма Константиновна, за то, что я так смело перечу ее любимому сыночку. 

– Ну, ты же знаешь, что я все-равно тебя люблю, – делаю контрольный выстрел.

– Я чувствую эту любовь в каждом взгляде, любимая. 

– Вы забавные, – загадочно говорит Сергей, – мы в молодости с Эммой тоже могли за час пять раз поругаться и десять помириться. И какие это были примирения, о-о-ох… – так хитро постреливает в жену глазами Сергей, что намек на то, какие это были “примирения”, вполне прозрачен. И я, кажется, краснею вся до самых кончиков волос, а Илья давится не вовремя взятым в рот кусочком мяса.

– Да перестань, – отмахивается Эмма, посмеиваясь, и надо же, я вижу, как у этой женщины-скалы зарделись щеки, и она даже неловко стала обмахиваться салфеткой. 

Нет, похоже, она тоже человек? 

Как там сказал Сокольский – мне не чуждо ничто мирское? 

В итоге я замолкаю, и Эмма тоже, а вот мужчины заводят тихую рабочую беседу. Мне, как человеку, который работает с Ильей рука об руку и знает едва ли не все его проекты, их диалог тоже в какой-то степени интересен и понятен, а вот Эмме явно скучно. Я полагаю, что она в своей жизни и дня не проработала, а все разговоры в их женском обществе крутятся исключительно вокруг одежды и прочих атрибутов дорогой жизни. 

Я уже мысленно успокоилась и решила, что внимания к моей персоне больше не будет, когда двери в столовую открываются, и забегает вся растрепанная Каролина, с разбегу плюхаясь на стул напротив Ильи.

– Каролина, что за вид? – округляет глаза Эмма.