Невеста на уикенд

Будто прямо здесь и сейчас, в этот момент Илья принимает какое-то важное решение. Или ведет борьбу сам с собой.

Может, и правда, раздумывает над словами Марго? Сожалеет о том, что наговорил про меня и наши с ним отношения, и хочет… ее вернуть?

Вечер заканчивается быстро. Эмоциональный выдался денек, а у нас с Ильей так и вообще сутки, поэтому уже в начале двенадцатого  расходимся.

После его с Марго разговора на террасе  что-то все же изменилось, и я никак не могла понять, что, то и дело натыкаясь на задумчивый взгляд Сокольского.

Мы идем до апартаментов Сокольского в тишине. 

Илья молчит, а я и не знаю, какие сказать слова, чтобы загладить ту рану, которая, как мне кажется, открылась при встрече с его прошлой любимой, как бы он не отрицал.

И я уже и так прекрасно догадывалась, что тогда произошло. Не нужно быть великим стратегом, чтобы сложить два и два. Бывший лучший друг, бывшая невеста, ныне муж и жена. Не любящие друг друга муж и жена, судя по тому, что я услышала.

Не может быть ничего ужасней несчастных браков. Когда каждое утро ты вынужден просыпаться в постели с человеком, который если тебе и не противен, то неприятен.

Безответная любовь. Но если первое – это твой выбор, твое решение, то второе… 

И судя по всему, в его жизни был именно второй вариант. А судя по тому, что я вижу сейчас – по его состоянию,  взгляду – все еще любит?

Обидно. Больно так, что даже дышать удается с трудом, так сильно ноет в области сердца. Но он никогда ничего мне не обещал. А я слишком взрослая девочка, чтобы строить воздушные замки.

Мы заходим в темную квартиру так же молча. Я не спрашиваю, почему мы пришли сюда. Не в дом его родителей. Почему не остались в ресторане с его сестрой и мужем. Я просто привыкла доверять. И идти за ним, что на работе, что вот здесь. Послушная, жалостливая и… любящая его Настя.

– Располагайся, Настя, – бросает Сокольский устало и, стянув с себя пиджак, уходит на балкон. Подкатывает рукава рубашки и тянется к пачке сигарет. Снова. А ведь говорил, что бросит.

Я же так и замираю в нерешительности на пороге. Обхватываю плечи руками. Зябко. Хоть на улице и добрые двадцать пять плюс. Рассматриваю прекрасно сложенного мужчину. И смахиваю покатившуюся по щеке непрошеную слезинку. 

Между нами напряжение. Будто каждый из нас хочет что-то друг другу сказать, но не решается. И я даже представить боюсь, что скажет мне Илья.

– Ты все еще любишь ее, да? – горько на душе, но я улыбаюсь. И делаю шаг. Ближе к нему.

– Нет, Настя, – вопреки его состоянию, говорит Илья ровно. – И, как оказалось, никогда не любил, – вздыхает, затягиваясь, но так и не повернувшись ко мне. Будто прячет взгляд.

– Тогда почему ты так расстроен?

– Потому что это неприятно. И я скорее задумчив, чем расстроен.

– Вся ситуация. Эта встреча.