Невеста на полставки

— Это же здорово!

— Конечно, здорово! Правда, не ахти какая… но всё ж трудиться можно! Продавцом в ларек неподалеку. Пиво, чипсы, всякая мелочовка… Да ты, наверное, и сама видела у нас за углом. Хорошее место! Проходное! График три дня через один, с восьми утра до десяти вечера, платят немного, но зато помогут быстренько сделать санкнижку… Всё ж лучше, чем ничего, правда?

После этих ее слов весь мой энтузиазм испаряется.

«Это не работа… Это двадцать седьмой котел ада!»

Мария Ивановна моей реакции не замечает, продолжает самозабвенно вещать:

— За пару недель освоишься, еще и понравится. Там вон Людка, соседка снизу, работает в соседнем ларьке уже девятый год! Тоже когда-то в Москву приехала восемнадцатилетней девчонкой, и ничего, освоилась! За Федьку вон замуж выскочила и хорошо живет!

Видела я этого Федьку и Людку эту, а вот счастья в их глазах не приметила. Эту парочку как ни встретишь, всё время какие-то уставшие, замученные. Ну, если Людмила работает в таком месте, и не мудрено.

И все-таки отказываться от работы — любой работы — мне сейчас не по чину: не имею такого права, очень деньги нужны.

— Спасибо, Мария Ивановна, — говорю ей и быстрее убегаю, чтобы не заметила моей реакции.

Человек старался, помогал. Увидит, что я недовольна, еще обидится.

Возвращаюсь на кухню, выключаю ноутбук, а потом прямиком в спальню. Чувствую, как в горле растет нешуточных размеров ком, утыкаюсь в подушку.

«Всё будет хорошо! Обязательно будет!» — старательно успокаиваю себя.

Только не очень-то у меня это выходит. Так и вижу себя на месте этой Людки.

«Уходить из дома ни свет ни заря, возвращаться затемно, немножко поспать, успеть чуточку прибрать — и опять на работу, а там и целый один выходной, за который нужно сделать миллион дел.

Зарплата — прелесть! Хватит только на самый необходимый набор продуктов на месяц, чтобы с голоду не помереть, ну, еще квартиру оплатить, конечно, коммуналку, куда ж без нее. Одежда? Какая нафиг одежда! Обувь? Стоптанные сапоги, какие были у моей родной бабули на десять зим вперед.

Но главное — работа-то какая интересная! Пиво выдавай, деньги получай — мечта. Так развивает… Ценный опыт! После такого в любую компанию возьмут с дорогой душой!»

Представляю себя через десять лет с таким же усталым лицом, как у Людмилы, и хочется выть от тоски. Человек так прожил девять лет и ничегошеньки в своей жизни не поменял.

Сама не замечаю, как начинаю реветь почти в голос.

Можно пойти и по другому пути — согласиться переехать к Энгрину. Он со мной развлечется, как ему заблагорассудится, а когда надоем — пошлет подальше, как ту девушку-секретаря. Думаю, полгода ему хватит с головой, чтобы наиграться от души, а потом меня из квартиры поганой метлой погонит, прямо как его папаша.

Слезы льются всё активнее.