Невеста на полставки

— Очень мило! — сказала она, зайдя в кабинет, где каждый предмет интерьера сделан из красного дерева.

«Мило, мать ее так… Знала бы ты, дорогуша, сколько я за эту мебель выложил!»

Комната для гостей вообще дождалась от Златы лишь одного слова похвалы: «Уютно». Двухметровая кровать, кожаный диван, шкаф из мореного дуба с зеркалом почти во всю стену… а ей просто уютно.

— Почему ты не показываешь мне спальню? — вдруг спрашивает она и этим вопросом окончательно выбивает меня из равновесия.

Не знаю, как для нее, а для меня причина очевидна. Хочешь посмотреть спальню — изволь тогда мне там отдаться.

— Зачем? — спрашиваю хрипло.

— Интересно же взглянуть на комнату, где я проведу ночь…

— В каком смысле? Я предлагал тебе остаться в гостиной…

После этой моей фразы щеки Златки качественно краснеют. Она кусает нижнюю губу, а потом тихонько говорит:

— Ты знаешь, я тут подумала… Если ты хочешь, мне кажется, мы могли бы попробовать…

И тут до меня наконец доходит, что к чему.

— Зачем пробовать? Надо делать!

Хватаю ее за руку и буквально тащу в дальнюю комнату, где кровать еще больше той, которую я поставил в гостевой.

Глава 66. Мечты сбываются

Тогда же:

Артём

— Вот так сразу? — лепечет Злата, еле поспевая за мной.

— Чего тянуть?

Я захожу с моей драгоценной в комнату, но на этот раз не даю ей возможности оглядеться. Хватит, созерцала она сегодня достаточно, пора осязать… И не интерьер, а меня!"

"Не теряя ни секунды, впиваюсь жестким поцелуем в ее губы. После ее робкого «мы могли бы попробовать» ни на что нежное я уже не способен. Понимаю, лучше бы было сходить под холодный душ, немного успокоиться, прежде чем приступать к осуществлению главного желания последних недель. Но не могу… Не хочу и не могу себя сдерживать.

— Я не думала, что ты так набросишься… — успевает она проговорить между поцелуями.

Я ее уже не слушаю, подхватываю, укладываю на кровать.

Запускаю руки ей под платье. Златка в чулках и кружевных трусиках. Жадно оглядываю эту прелесть, и перед глазами как будто морок появляется. Всплывает воспоминание того, как она ждала меня в постели в самый первый раз. Абсолютно голая, донельзя смущенная. Помню, как стянул с нее это одеяло и любовался точеным телом.

Сейчас невдомек, как тот факт, что она досталась мне девочкой, мог меня разозлить. Теперь до одури приятно, что я ее первый, ее единственный. Больше никого к ней не подпущу!

У меня не хватает терпения, чтобы ее раздеть. Довольно и воспоминаний о девичьих прелестях, чтобы уровень возбуждения достиг критической точки. Тяну вниз ее трусики, Златовласка охает, пытается перехватить мою руку, но зря старается. Я уже достиг точки невозврата. Сам тоже почти не раздеваюсь, не до того мне. Оголяю лишь нужные части тела.

Уже задним числом вспоминаю про контрацепцию.