Невеста черного Медведя

Лесной, наконец, оставил мои уста в покое, позволив глубоко вдохнуть. Звук вышел таким громким, что я смутилась.

Но Иорана, казалось, это подстегнуло продолжить свои чувственные пытки.

Его губы, обжигая, блуждали по моему лицу. Скулы, щёки, веко: мужчина будто сошёл с ума.

Дорвался.

Тяжело дыша, я испугалась не на шутку, правда, не поняла чего: то ли его напора, то ли собственного желания. Только сейчас было не время и не место. Да и сдавать свои позиции после второго поцелуя — это как-то слишком просто. Ошибившись однажды с Петром, я боялась повторить свою ошибку. Тем более что к Иорану у меня были чувства: не поверхностные, а что-то глубокое и мне ещё неведомое до конца.

— Пожалуйста, — взмолилась я, упираясь в его плечи. — Прекрати, слышишь.

— Просто скажи, что хочешь меня, и будешь моей. Тогда я отстану… пока, — громко выдохнул он, и снова впился в мои губы.

Но этого ему было мало. Иоран, склонив голову, принялся целовать шею, спускаясь всё ниже. Распахнув мою куртку, рванул горловину туники, разорвав её.

— Что ты творишь? — шепнула я заплетающимся языком.

— То, что хотел с того момента, как увидел тебя впервые, — рвано выдохнул он.

Его сухие жаркие губы не прерывались ни на миг, а бесстыжая рука проникла через разорванную горловину и освободила одну грудь. Я ощутила его дыхание на нежной коже.

— Увидят, — простонала я, попытавшись вырваться.

— Нет, — его взгляд не отрывался от безупречной молочной плоти, что была зажата в его ладони. — Никто не сунется сюда, иначе рискуют проститься с жизнью, — прорычав это, он, склонившись, накрыл губами сморщенную горошинку груди и натурально застонал.

— Прекрати! — взмолилась я. — Ты переходишь границы, я не позволяла.

Пытаясь достучаться до потерявшего голову перевёртыша, я слабо ударила по его плечам кулаками, но он и внимания не обратил.

Ууу, наглый зверюга.

Просунув колено между моих бёдер, крепче прижал меня к дереву, словно зафиксировав. Огромные бесстыжие мужские ладони обхватили ягодицы, в то время как его губы терзали мою грудь, наслаждаясь этим. Его дыхание оглушало.

— Иоран, приди в себя, — шептала я, — пожалуйста.

— Аромат твоей кожи опьяняет, — рычал он в ответ, — мой зверь в ярости. Я хочу тебя, Лиза. Скажи, что желаешь меня так же, как и я тебя.

Запустив ладонь в его короткие чёрные волосы, я дёрнула. Несильно, но ощутимо. Просто до меня дошло, что если не остановлю его немедленно, то он потеряет контроль над собой окончательно, и, возможно, возьмёт меня против моей воли.

А это положит конец тому, что только стало зарождаться.

Я никогда не полюблю насильника!

Не смогу доверять ему, не смогу простить и забыть надругательства. Даже если моё тело и не против, он должен, просто обязан, слышать моё ""нет"".