Невеста Льва

— Что вы на это скажете? — спросил Лайон Болдера, который с озадаченным видом переводил взгляд с Арианы на Терсу.

— Вы хотите, чтобы моя дочь поступила к вам в услужение?

Болдер был явно ошарашен таким поворотом событий. Все в стране знали отважного и неукротимого Лайона Нормандского, о подвигах которого ходили легенды. Для Болдера было большой честью, что этот могущественный человек брал в замок его дочь в качестве прислуги. И все же обладавший крестьянской сметкой Болдер хотел вытянуть побольше денег из богача Лайона Нормандского.

— Да, — ответил Лайон, — этого хочет моя жена, и я решил пойти навстречу ее желанию.

Болдер лихорадочно соображал, сколько ему запросить за дочь. Или, может быть, вытребовать что-нибудь, кроме звонкой монеты?

— У меня сердце кровью обливается, когда я подумаю о том, что мне придется расстаться со своей старшей дочерью, милорд, — жалобно сказал Болдер. — На Терсе держится весь наш дом, на ее попечении находится больная мать.

Лайон начал терять терпение. Болдер раздражал его. Лайон прекрасно знал, к чему клонит этот хитрый крестьянин, и решил положить конец пустому разговору.

— Сколько ты хочешь за дочь, Болдер? Я покупаю ее у тебя, чтобы сделать приятное своей жене.

Болдер растерянно заморгал.

— Боже упаси, милорд, я вовсе не собирался…

— Я прекрасно знаю, на что именно ты намекал, хватит лукавить, — перебил его Лайон и, нашарив висевший на поясе кошелек, вынул из него серебряную монету и бросил ее Болдеру.

Крестьянин ловко поймал ее.

— Этого вполне достаточно, милорд, — сказал он и, подобострастно поклонившись, быстро удалился.

Болдер не сказал дочери ни слова на прощание, не дал отеческого совета. Было ясно, что он спешил в ближайший кабак, чтобы спустить полученную мзду.

Лайон старался не смотреть на Ариану. Он не понимал сам себя. Почему он так легко пошел на поводу у жены? Почему выполнил ее каприз? Лайон никогда не отличался снисходительностью и уступчивостью. К женщинам он относился настороженно и не доверял им. Но тут он быстро сдался. Возможно, он пожалел Терсу? Но Лайону никогда не было свойственно такое чувство, как сострадание. Он был жестким человеком.

Ариана тоже была удивлена тем, что муж пошел ей навстречу. Раскрыв рот от изумления, она следила за Лайоном, который подозвал Белтейна и приказал ему взять на круп лошади Терсу. Белтейн выполнил распоряжение своего предводителя, и Лайон дал команду отряду продолжать движение.

— Спасибо, милорд, — растроганно промолвила Ариана и впервые за годы знакомства с ним бросила на мужа теплый взгляд.

— Если я действительно заслужил благодарность, миледи, то, прошу, назовите мне имя человека, с которым вы тайно встречались в монастыре, — сказал Лайон. — Я все равно узнаю его, чего бы мне это ни стоило.