Невеста-изменница

Если план соблазнения сработает, ее муки окупятся."

"— Вы смотритесь восхитительно, — продолжала Джильда, касаясь тяжелых складок красного бархата. — Цвет исключительно идет к вашим черным волосам, миледи, и серым глазам.

Элизабет улыбнулась:

— Надеюсь, лорду Рису тоже понравится.

— О, миледи, он будет без ума от вас.

Элизабет тоже на это надеялась. Она приложила много усилий, чтобы сегодня доставить удовольствие мужу. Она хотела, чтобы он непременно увидел в ней женщину, которую сделал своей женой, женщину, которую желал.

Днем она спросила у него, вернется ли он к ужину. Он обещал вернуться и теперь ждал ее внизу, чтобы вместе пойти в столовую. Запланированный ею экстравагантный ужин включал его любимые блюда, приготовленные по подсказке леди Тависток, и отличное французское вино.

Глубоко вдохнув, Элизабет открыла дверь и вышла в коридор. Рис стоял у нижней ступеньки лестницы. С черными волосами, в облегающих серых брюках и черном фраке с бархатными лацканами, с белоснежным галстуком на шее, он был невероятно красив. На фоне смуглого лица его глаза светились, как голубое небо над Брайервудом.

Ее сердце забилось сильнее. При мысли о предстоящей ночи, когда она будет соблазнять его, Элизабет ощутила прилив влажного жара.

Прижав руку к животу, она сделала вдох и начала спускаться по лестнице. Когда она сошла с последней ступеньки, Рис встал перед ней, вытянувшись по-военному в струнку, и его голубые глаза впервые за много дней обожгли ее огнем. Очень медленно он обвел ее взглядом, задержавшись немного на мягких округлостях над низким вырезом.

— Ты выглядишь восхитительно.

От его взгляда она ощутила тепло, как от прикосновения, и ее грудь в кружевном корсете набухла.

— Благодарю. — Элизабет заставила себя улыбнуться. — Ты тоже сегодня необыкновенно хорош собой.

Уголки его рта слегка приподнялись. Взяв предложенную им руку, она позволила проводить себя в столовую, к своему месту за длинным полированным столом из красного дерева. С двенадцатью витиеватыми стульями с высокими спинками, с хрустальной газовой люстрой над головой и мерцающими свечами в серебряном подсвечнике на середине стола комната эта была самой элегантной в доме.

Этим вечером стол был изысканно сервирован фарфоровыми тарелками с серебряной окантовкой, серебряными приборами и хрустальными фужерами на высоких тонких ножках.

Рис удивленно вскинул черную бровь:

— Я что-то пропустил? Если бы знал, что сегодня особый день, то оделся бы более торжественно.

— Мы празднуем радостные новости, которые ты принес сегодня днем. Что с твоего друга капитана Грира сняли все обвинения.

Лучший повод для празднования трудно было придумать.