Невеста-изменница

Вспыхнувшее желание поразило его, как удар кулака в живот.

— На сегодня все, Джильда, — сказал он вдруг охрипшим голосом.

Джильда тотчас выскользнула из комнаты.

Элизабет как стояла, так и осталась стоять в неподвижности, глядя ему в лицо. Рис приблизился к ней и взял прядь ее вьющихся вороных волос, шелковистых на ощупь. В паху у него пульсировало.

— Я соскучился по тебе, — произнес он тихо, и ее глаза наполнились слезами.

Такой реакции он не ожидал, и ему пришлось побыстрее взять себя в руки. Ведь он пришел не для того, чтобы предложить прощение, В его сердце до сих пор кипел гнев, такой же жгучий, как и страсть.

— Я тоже по тебе соскучилась, — сказала она.

У него защемило в груди, но он не отреагировал на такую «сентиментальность» и, завладев ее губами, почувствовав, что она дрожит, добавил:

— Наверное, мне стоило уточнить: я соскучился по сексу с тобой.

Элизабет застыла в напряжении. Она поняла его намек. Ничего не изменилось. Он не простил ее. И пришел, потому что испытывал вожделение и хотел утолить его.

Его ладони легко легли ей на плечи. Нагнув голову, он снова поцеловал ее в губы, нежно дразня и соблазняя, пока не почувствовал, что тело ее расслабилось. Ее полные губы раскрылись, и он ощутил цитрусовый привкус и уловил аромат розы.

Возбуждение нарастало, отзываясь болью с каждым ударом сердца. Рис решил, что добьется цели и в благодарность доставит и ей наслаждение, как обещал с самого начала.

Он опустил взгляд на ее красивую грудь, возвышавшуюся над модным кружевным корсетом с застежкой впереди, который он купил ей в магазине нижнего белья. Продолжая осыпать Элизабет поцелуями, Рис расстегнул крючки и жадно поймал руками выпавшие из корсета груди. Нагнувшись, поцеловал каждую из них.

У нее вырвался тихий стон. Ее соски напоминали твердые зрелые ягоды и на вкус были такие же сладкие, отчего его рот наполнился слюной. Купая ее в ласках, он нежил, целовал и теребил зубами ее грудь, шею, плечи и снова возвращался к груди, повторяя этот путь опять и опять, пока у нее не закружилась голова. Поняв, что Элизабет достигла высшей точки возбуждения, Рис запрокинул ее голову, запустил пальцы в густые черные кудри и прижался губами к тому местечку на ее шее, где лихорадочно бился пульс.

От томных, эротичных поцелуев она дрожала. Ему стоило большого труда, чтобы не потерять над собой контроль. Желание ослепляло его, терзая, как ненасытный зверь. Он медленно теснил ее назад, пока не прислонил спиной к стене.

— Подними юбки."

"Открыв тяжелые веки, Элизабет поймала его взгляд. Она доверяла ему в вопросах плотской любви. Знала, что он позаботится о ней и сделает все, чтобы ей было хорошо. Зажав в ладони складки мягкой белой ткани, она приоткрыла колени.

— Выше, — скомандовал он тихо.