Невеста из склепа, или Байки для попаданки!

Его, а не проклятых Дор Майнстеров, что привели Каменные Пределы в столь запущенное состояние. И пусть дорога в саму Усадьбу была для него закрыта, третий мессир прекрасно понимал, что там его ждёт нечто хуже, чем нечищенные столетиями дорожки и не приведённые в надлежащий вид кустарники.

Но ничего, он всё исправит. И первый шаг уже предпринят.

Аларик едва заметно нахмурился, вспоминая скандал, что посмела устроить ему Антея. Хотя, больше это походило на истерику. Некрасивую, непродуманную и крайне неуместную женскую истерику.

Пришлось ей объяснить, что обещать — не значит жениться. Как и то, что врываться к нему в дом и качать права — в принципе идея не из лучших. Особенно, если у тебя на руках нет ни фамильного браслета (который является одним из обязательных атрибутов помолвки). Ни письменных договорённостей о намерениях (что заключались между семьями).

Было ли ему жаль Антею? Нет. Но определённые чувства он испытал. Например, злость. Большей частью на себя. Большей частью за необдуманную поспешность. Но кто же знал, что проклятый Дор Майнстер припрятал истинную наследницу? Никто. Абсолютно никто. Это Аларик перепроверил. Трижды. Существование леди Алины стало сюрпризом для всех семей. И если остальные просто сплетничали и испытывали любопытство, для третьего мессира эта девушка стала подобна пощечине.

Ведь всё было зря. Начиная от ухаживаний за Антеей (пусть они и не были долгими или сложными — девушка практически в первый же день ответила благосклонностью… оставшись на ночь), и заканчивая браком с маркизой Кернос.

При воспоминаниях о супруге, Аларик отчетливо скрипнул зубами. И тут же, в противовес раздражению, на его губах появилась улыбка. Ситуация казалась бы забавной, если бы не его планы по возвращению родовых земель. Да, его первая жена смогла удивить. То ли поразительной живучестью, то ли завидными связями. Как иначе она умудряется столько времени…

Третий мессир ну сумел до конца сформировать проскользнувшую мысль, едва успев выставить защиту. Как оказалось — недостаточную для такого мощного ментального удара, что обрушился на него.

С трудом удержавшись в сознании, он чудом открыл портал. Последнее, что отпечаталось в его памяти — лицо отца, на котором отчетливо читался испуг.

На этом третий мессир позволил себе погрузиться в темноту. Правда, долго она не продлилась. А то, что открылось его взгляду, было больше похоже на издёвку.

Он вторгся в сознание своей супруги. Неожиданно и незапланированно.

Это раздражало, учитывая сколько попыток сделать это намеренно провалилось.

— Живой, — выдохнула его жена, скрываясь от Аларика за пеленой непроглядного тумана. — Выглядишь потасканным.