Невеста из магической лавки

Села в кресло для посетителей, а отец за свой стол у высокого окна.

— Начинай, — милостиво позволила я.

Валентайн явно не ожидал, что я так легко соглашусь на разговор.

Сложила ладони на коленях и принялась слушать. Только отец не торопился говорить. Взгляд хмурый и настороженный.

— Во-первых, может, расскажешь, почему ты чуть не разрушила святое место? — наконец спросил он после затянувшейся паузы.

— Давай сразу перейдем к «во-вторых», — комментировать этот инцидент я точно не собиралась.

— Во-вторых… — с нажимом произнес Валентайн и замолчал. Кажется, темы для беседы себя исчерпали.

— Может, начнешь с того, что я опять тебя разочаровала и поведение мое недостойно дочери такого славного рода? — решила я подсказать и тут же пожалела о резких словах. Ведь сама же согласилась поговорить. А так мы точно опять только поругаемся.

— Нет, я никогда не считал тебя недостойной, с чего ты это взяла? — на удивление спокойно отреагировал Большой лорд.

Хороший вопрос.

— Ты всегда от меня многого требовал, а когда что-то не получалось, уходил недовольный. Я не пробудила драконицу в детстве и…

— Возможно, я был недостаточно мягок с тобой маленькой, Леонтайн, и мало хвалил, — перебил Большой лорд. — Поэтому ты так себя недооцениваешь.

Настало мое время удивляться.

— Да, я требовал от тебя определенных результатов, но не потому что меня не устраивало то, какой ты была. Я лишь хотел подготовить тебя к будущему. Быть наследницей рода тяжелое бремя и ответственность. Я лишь хотел быть уверенным в том, что сделал все, чтобы ты это выдержала и не сломалась. Закалить. Защитить тебя…

— Очень разумно взваливать такое на девушку.

— Поэтому я и хотел подобрать для тебя достойного мужа, который стал бы опорой.

Да, когда он так говорил, все казалось логичным. Но он кое о чем забыл. Мне все это не нужно. Вслух я этого не стала говорить.

Раньше Валентайн никогда не говорил о том, что таким образом пытался защитить. Заботился, другими словами.

Взглянула на ситуацию под другим углом, и мое собственное поведение заиграло другими красками. А если еще и наложить на это все настоящее…

То я настоящая трусиха, которая попросту испугалась ответственности и сбежала. Сломалась и не выдержала намного раньше, чем этого боялся отец.

Кажется, я впервые готова согласиться с тем, что он был в чем-то прав. Хмыкнула, удивляясь этой необычной мысли.

— Но я оказалась слишком упряма и горделива, чтобы это принять.

Пожалуй, мы оба были в чем-то неправы. Но признать это вот так сразу я не могла. Но в душе уже чувствовала, что в скором времени у господина Теонгара будет шанс примириться с дочерью.

— Да, ты очень гордая, это у тебя от матери, и упрямая, — отец хмыкнул, почесав бороду с проседью и положил на стол старые письма, которые я ему вернула.