Невеста ищет дракона

* * *Луна приветливо заглядывала в окошко, будто интересуясь: как дела? Не давала спать, слепила. Занавески в лазарете драконьего замка были слишком короткие, а койка, которую мне выделили, оказалась прямо напротив окна."

"Впрочем, мне все равно не хотелось спать. Я лежала, обняв подушку, и наблюдала за спящим Виверном. Мысленно я все еще называла его Нагосом и не могла поверить, что он так нагло меня обманул! Вспомнилось тепло, разливавшееся по телу, когда он вручал мне краски. Тогда в комнате меня ждало целое сокровище от дракона, десятки кювет с лучшими красками, ящички с восковыми мелками, тюбики и флаконы. Но я так обрадовалась той простенькой коробочке, что хранила ее под подушкой и вспоминала наш мимолетный поцелуй.

Верн заставил меня стыдиться чувств, возникших внезапно к совершенно не тому человеку. И вообще не человеку… демоны, я запуталась! Мне нравится Нагос, я переживала, что не смогу быть невестой дракона, а сейчас выходит, нравился сам дракон? И я могу? Или все еще не могу?

Скоро заболит голова и придется поднимать лекаря, чтобы тот дал зелье.

Доменико был суров и строг. В наказание за то, что Валина стащила список продуктов и не удосужилась уточнить, что же такое она стащила, он заставил ее ухаживать за Виверном в больничном крыле. Хотя, как по мне, решение было весьма спорным. Кто же отправляет ухаживать за больным девицу, которая его больным и сделала?

Но по справедливости виноваты были мы все, так что вместе с Валиной, Лекси и Анной я вызвалась подежурить. Лекси провела в лазарете утро, Анна и Валина поделили день, а мне досталась ночная смена. Фелисия, к слову, выставила все так, будто мы ее практически заставили готовить аллергичную гадость. Ну и упырь с ней, пусть катится куда хочет. Вряд ли после такого Верн станет продолжать отбор, скорее всего, выгонит нас ко всем демонам.

Да-а-а, так еще ни один отбор не заканчивался. Я слышала, в давние времена, когда традиция была в ходу, всякое случалось. Бывало, испытания придумывались такими суровыми, что не все невесты выживали. Но чтобы не выжил жених? О таком я еще не слышала.

Посреди ночи я услышала слабый стон. Подняла голову и прислушалась.

– Верн?

– Топазик, это ты?

– Ты очнулся! – Я соскочила с постели. – Как ты себя чувствуешь?

– Пить хочу.

Что ж, за больными я тоже ухаживать умела. Когда сестренки болели, все обязанности по уходу ложились на мои плечи.

– Ты зачем ел?

– Из вредности. У тебя научился.

– Ничего я не вредная. Ты сам виноват.

– Да ладно, Топазик, – Верн поморщился и закашлялся, – ну подумаешь, немного наврал. Да ты сама решила, что я уборщик, а я не стал тебя разубеждать.

– Зачем?

– Мне было интересно, что ты делаешь на отборе. Мне до сих пор интересно.