Невыносимая невеста, или Любимая студентка ректора

Этот дьявол какой угодно: коварный, наглый, ладно, красивый, ладно, адски привлекательный, но только не милый. Однако ради успеха их сегодняшней игры, она и не такое способна.

Он наполнил бокалы: свой, Лерин, и даже Ольшанскому плеснул. И тут же начал и тарелки наполнять.

Ален к этому моменту уже не выглядел настороженным. Он отложил свёрнутый в трубочку договор, откинулся на спинку стула и неспешно потягивал напиток. Поверил спектаклю? Нет, слишком он хитёр, чтобы так сразу купиться.

Какое-то время ужин проходил вполне мило. Разговор о помолвке был поставлен на паузу. Будто участникам корриды требовалась передышка для восстановления сил перед решающей схваткой. Лере даже удалось червячка заморить, пока мужчины увлечённо беседовали о недавнем чемпионате по гольфу.

Официанты осмелели и вновь принялись сновать, меняя блюда, стараясь угодить гостям.

В какой-то момент у Ольшанского сработал мобильный кристалл и он, извинившись, встал из-за стола и вышел с террасы.

Как только он исчез из поля зрения, Лера и Тоцкий начали заговорщики переговариваться.

— Как думаете, дьер Ян, он нам поверил? — прошептала Валерия.

— Не уверен.

Вот и Лера уверена не была.

— Мне кажется, он близок к тому, чтобы принять всё за чистую монету, — предположила она, — но нужен ещё какой-то неоспоримый весомый аргумент.

— Да, — кивнул Тоцкий, — финальный аккорд.

— У вас есть идеи?

— Есть, — он хищно улыбнулся. — Подыграешь мне?

Жаль, развернуть мысль Тоцкий не успел — Ольшанский уже возвращался на террасу. Лере оставалось только догадываться, что имел в виду Тоцкий. Насколько она его знала, наверняка, задумал что-то вопиющее, в духе — поцелуй на глазах Ольшанского. И что ей в таком случае делать? Подыгрывать?

Ужин продолжился неспешной беседой. Только теперь Тоцкий специально опять перевёл разговор с гольфа на помолвку.

— Точную дату брачной церемонии мы ещё не обсуждали, — сказал он, — но медлить не планируем. Нам всё труднее и труднее сдерживать страсть."

"Слово «страсть» Тоцкому давалось особенно убедительно. Лера ему подыгрывала вовсю.

— Я просыпаюсь каждое утро с мыслью о брачной церемонии, — подарив ""жениху"" пламенный взгляд, произнесла она.

Единственное, что её тревожило, что они уже пошли по второму кругу в своих заверениях о желании пожениться. Подействует ли это на Ольшанского? Это и был финальный аккорд, про который говорил Тоцкий — взять Алена измором?

Нет, оказалось, что он имел в виду кое-что другое — настолько убедительный аккорд, что не только Ольшанского, но и Леру пробрало.

— Я тоже и просыпаюсь, и засыпаю с мыслью о брачной церемонии… — выдал Тоцкий всё с тем же напором, — …с мыслями о невесте, и о нашем ребёнке.

Лера и Ольшанский оба синхронно подпрыгнули на месте как ужаленные.