Хрустальная невеста

Задолго до того, как проснулись крылья.

– На брак с принцессой Бран претендовать не мог, поэтому вцепился в Лори, – продолжил её мысль Аргвар.

– Верно. Скорее всего, Марианну он использовал как временного донора, пока крылья Алории не вошли в полную силу, – добавила Льена, – от инициированной фэйри больше толку, поэтому свою невесту маркиз долгое время не трогал. Но выходит, одной жертвы ему уже недостаточно.

– Думаете, он всё-таки Охотник? Почему тогда когти разнятся?

– Возможно, дело в блокираторе, – предположила Льена, – или в нём совсем мало чудовищной крови.

– Возможно, – растерянно повторила я, – но почему Бран… не убил нас?

После того как кузнечик съедал фэйри, он мог десятилетиями поддерживать человеческий облик за счёт внутренних запасов. Энергии, выпитой из меня и Мари, маркизу хватило бы на полвека, не меньше.

Но по какой-то причине он рисковал, выуживая силу по капле.

– А вот это, дорогая моя, зависит от того, для чего ему нужна ваша магия, – ответила Льена. – Либо он хочет окончательно запечатать тварь внутри себя и стать обычным человеком, либо же, если его вторая ипостась насильно заблокирована, желает освободить монстра.

От слов ведьмы пробирал озноб. Я не собиралась защищать Брана, но страшно представить, каково это, когда внутри тебя живёт кровожадная тварь и ты вынужден каждый день бороться с ней. Ещё страшнее, если маркиз не пытался сражаться, а жаждал окончательно перевоплотиться в чудовище.

– Даже если целью было запечатывание монстра, это не оправдывает совершенные преступления! – в голосе Аргвара зазвенели стальные нотки.

– Нет, – прошептала, зябко поёжившись, – не оправдывает.

Ментальное воздействие и подавление чужой воли, магический приворот, энергетический вампиризм – всё это противозаконно, и судить Балтимеров следует со всей строгостью.

Мы не выбираем, кем родиться. Я тоже не просила Богов о хрустальном Даре и предпочла бы жизнь обычной целительницы. Но никогда не смогла бы осознанно вредить кому-то, чтобы защититься от Охотников или контрабандистов.

Как и Мари. Принцесса каждый день сражалась с пламенем внутри. Нестабильная магия причиняла ей невыносимые страдания, но я знала, что она скорее погибнет, чем согласится вылечиться за чужой счёт.

А Бран согласился… И это говорило о многом.

– Версию с государственным переворотом тоже рано сбрасывать со счетов, – продолжил Аргвар, – не исключаю, что на принцессу охотились не только из-за хрустальной магии.

Из трёх дочерей Алваро огненный Дар унаследовала лишь Мари, а значит, она единственная могла претендовать на престол. Если с ней что-нибудь случится или Совет признает принцессу неспособной удержать власть, трон перейдёт её супругу.