Хрустальная невеста

Казалось, она видит наши души насквозь и знает все самые сокровенные тайны. – Раз все в сборе, начнём.

Песочные часы переместились в стол. Ванда намеренно не спешила, и в повисшей тишине звук закрываемого ящичка прозвучал как набат. Напряжение в воздухе достигло пика.

От страха готовы были раскаяться даже те, кто этой ночью вообще не дежурил."

"Пользуясь небольшой паузой, я украдкой посмотрела на Викки Тьери. Матушка Лизетты напоминала гадюку перед броском. Полные, красиво очерченные губы плотно сжаты, спина прямая, будто шпагу проглотила, холёные руки неподвижно лежат на папке с документами.

На своих сообщниц она даже не смотрела.

– На прошлом совещании я предупреждала о намерении провести углублённую проверку и полагала, что вы внемлете моему предупреждению, – неспешно продолжила настоятельница.

По залу прокатилась волна тревожного ожидания и скорбных сожалений. Жрицы корили себя за недогадливость и поспешно готовили оправдательные речи.

– Каково же было моё удивление, когда во время ночной проверки я обнаружила не просто мелкие оплошности, нет… – Ванда замолчала и бросила на Анри взгляд, полный ледяного презрения. Девушка вздрогнула и сжалась в комочек. – Я наткнулась на вопиющее нарушение правил госпиталя!

– Но… но… – подсудимая хотела что-то сказать, но настоятельница хлопнула ладонью по столу, сбивая её с мысли и требуя тишины.

– Младшая жрица Анри Вильес была поймана на воровстве эмпатического зелья, – припечатала Ванда.

Зал взорвался возмущёнными перешёптываниями.

– Я не крала… не…

– Тогда где половина флакона зелья? – голос Ванды зазвенел от злости. – Я как чувствовала беду и поставила на распылителях новые датчики! Надеялась, что мои опасения не подтвердятся.

Настоятельница вновь умолкла, давая возможность переварить услышанное. Жрицы моментально поняли, о каких приборах речь.

Я мысленно поаплодировала. Новейшие техномагические датчики для контроля дозировок стоили дорого, но позволяли выявить даже крохотные нарушения. Если на распылителе стоял такой артефакт, не удивительно, что Ванда до грамма высчитала недостачу.

Но меня поразила дотошность настоятельницы и скорость, с которой она всё провернула.

– Где остатки зелья? – повторила главная целительница.

– Его нет… – проблеяла Анри.

Чистосердечное признание в покушении на племянницу императора светило ей не только штрафом и увольнением, но и тюремным сроком.

В зале повисла гробовая тишина. Даже её подружка Моник с ужасом отшатнулась и соскользнула на другой конец лавочки.

– Вы уволены, – жестко объявила Ванда, – все материалы я передала в комитет по незаконному сбыту зелий. Дальше вами займутся они. Стража, увести!

В зал вошли два плечистых охранника. Анри, всхлипывая, направилась к ним.