Невеста года

Значит, ты вовсе не любишь меня, тебе важно ощущать себя хозяйкой надо мной, а меня – вещью, дорогой игрушкой. Прости, я по-другому понимал наши отношения. Боюсь, что у нас ничего не получится.

Он встал с разворошенной постели и быстро натянул джинсы на свои стройные длинные ноги. Алка сидела в постели растерянная, ничего не понимающая. С самого начала она считала, что парень согласился на эту связь в первую очередь ради денег. Все-таки он младше ее лет на двадцать, и вдруг – такое искреннее негодование.

– Гордончик, – промямлила она, – прости, я действительно не так тебя поняла.

– Ты меня не любишь, – упрямо буркнул он, продолжая одеваться.

– Гордончик, подожди, дай мне объяснить…

Не давая женщине опомниться, мой наемник прошагал к двери, обулся и громко захлопнул за собой дверь. Я ждала его внизу, в машине. Из окон Дударевых моя «шестерка» не была видна, поэтому Гордон свободно сел ко мне, получил аванс и дальнейшие инструкции. «Жучок», который я подложила ему в карман, был отличного качества, в своей машине я слышала все, что происходило в квартире, и работа парня меня устроила. Он прекрасно справился с ролью.

Алка прорыдала полдня, была неласкова с мужем и дочерью, сказалась больной и рано легла спать. А на следующее утро, когда домочадцы ушли из дома, в дверь ее опять позвонил почтальон.

– Я не могу без тебя, – сбрасывая одежду уже в коридоре, бормотал он, – ты меня просто околдовала. Всю ночь видел тебя во сне. Наваждение.

В этот день Гордон был страстен, как никогда, но, закончив обязательную программу в постели любовницы, пригорюнился.

– Что, милый? Я чем-то тебя обидела? – обняла его за голые смуглые после посещения солярия плечи Алка.

– Чем может меня обидеть такая нежная и кроткая душа, как ты? Просто я вторую ночь не сплю. Страшно сознавать, что в душе женщины может царить такая чернота и жестокость.

Алка уговаривала Гришу рассказать, тот ломался, пока наконец не поведал ей свою печаль.

Легенда, придуманная мной, гласила, что с детства юный Гордон до умопомрачения любил лошадей. Каждое лето он приезжал в деревню к дедушке, и высшим наслаждением этих поездок были походы в ночное, на выпас совхозных лошадей. Этот немудреный труд, кроме удовольствия, давал подростку нехитрый заработок, который он тратил на подарки маме.

Здесь, в Горовске, он вспомнил свое детство и стал регулярно посещать местный ипподром – и престижно, и помогает тело в тонусе держать, и удовольствие от общения с этим фантастическим животным просто колоссальное. Особенно полюбился Грише один старый конь, серый в яблоках.

– Марсик, – чуть не выдала себя Алка.

– А ты откуда знаешь?

– Я… это… тоже очень любила на нем ездить. Хорошая лошадка, резвая.