Невеста эльфийских кровей

Никакой ментальный щит, никакие скрывающие печати не помогут избежать наказания.

Ринка тогда понимающе усмехнулась:

– Значит, вы меня проверяли? И как, я прошла проверку?

– Если судить по тому, что вы побывали в спальне эльканэ и все еще живы – значит, прошли.

Вспомнив слова рыжего эльфа, девушка протянула руку и коснулась одной слабо светящейся нити. Та откликнулась тихой вибрацией.

Магия. Весь дворец был пропитан ею. И, что странно, Ринка чувствовала свое единение с ней.

Она видела сложный узор заклинаний, могла отследить вплетенные в него руны, но не могла понять принцип действия. Ее интуитивных знаний и стихийных сил было недостаточно, чтобы повторить подобное. Если бы охранная магия признала в ней врага, она не смогла бы даже защититься. По сути, ей повезло. Но везение зачастую заканчивается в самый нежданный момент.

Решившись, девушка положила ладонь на дверь. Теперь, когда она знала о наличии незримой охраны, требовалось усилие воли, чтобы войти в спальню принца.

Магические нити засветились чуть ярче – всего на мгновение – проверяя и считывая ауру посетительницы. А потом дверь приоткрылась так легко, словно ее толкнул порыв ветра.

Ринка замерла на пороге.

Входить было боязно. А если принц уже спит? А если он сочтет неурочный визит за нахальство?

– Не стойте там, – прошелестел тихий голос. – Входите.

И девушка поняла, что Эландриль уже несколько минут смотрит, как ее силуэт мнется в дверях.

Она переступила порог. Дверь тихо закрылась, и спальня вновь утонула в темноте. Но спустя мгновение под потолком вспыхнули слабые бледно-зеленые огоньки.

– Я ждал вас, – эльканэ смотрел на нее. Его глаза слабо мерцали, словно угольки под слоем пепла.

– Вы знали, что я приду?

– Я слышал ваши мысли еще до того, как вы решились на этот шаг.

Ринка почувствовала, как стыд заливает щеки.

– Вы у всех мысли читаете? Или только я удостоилась такой чести?

– У всех. Но мне нужен зрительный контакт, чтобы услышать их. А с вами все проще. Вы же моя эллевиан – суженая богами. А эти украшения усиливают эффект, – он прикоснулся к своему ожерелью.

– Нам нужно поговорить. И об этом тоже.

– Знаю. Но мне трудно разговаривать. Если вы возьмете меня за руку, то мы сможем общаться мысленно.

– Как? – она потрясенно глянула на его тонкую кисть, лежавшую поверх покрывала.

– Наши ауры связаны. Боюсь, вам будет неприятно это узнать… но я не вижу смысла скрывать от вас правду.

Он замешкался. И Ринка инстинктивно шагнула ближе, к самой кровати.

– Какую правду? О чем вы?

– Эмоции. Когда вы прикоснулись ко мне в прошлый раз, я почувствовал все ваши эмоции, как свои.

Она застыла, как громом пораженная. Целая гамма чувств отразилась у нее на лице.

– Я знал, что вас не обрадует моя откровенность, – с горечью заметил принц.