Его невеста

– Надеюсь, решение будет верным, – он поднялся.

Я помахала на прощание рукой и покинула офис следом. И так заставила вдову ждать.

Пробиваясь через пробки, я думала о словах Феликса. Он его брат, он будет защищать интересы Эмиля. Если я продолжу в том же духе, наши отношения испортятся. Мне кажется, предупреждал он не об этом. Но что-то же заставило его прийти?

Глава 20

Безутешные родственники совсем не выглядели безутешными.

Вдова оказалась не одна. На диванчике в шикарной гостиной, куда меня пригласили, сидела юная пара. Она – в розовом нарядном платье, и он – черноволосый нервный парнишка. Они припали друг к другу, как котята в грозовую ночь.

Волосы девушки, убранные в замысловатую прическу, были подколоты белой лилией. У них торжество, а я приперлась?

Вдова, высокая и худая вампирша модельной внешности, не стесняясь, заталкивала пожитки в дорожную сумку, бросив ее туда же, на диван. Изредка она прерывалась, промокала уголки совершено сухих глаз и делала глоток шампанского из высокого хрустального бокала. Каждое ее движение было нервным и порывистым, как у артистичной стервы.

В гостиной были и другие вампиры – немолодая пара, но мне их забыли представить.

Мужчина курил у окна ко мне спиной, а его жена сидела рядом, переставив стул. Она вежливо улыбалась в пустоту, влажные глаза выдавали, что она не в своей тарелке.

– Кем вы приходились покойному? – вопрос я адресовала женщине.

– Родители жениха, – неожиданно пояснила вдова, жадно глотая шампанское. – У нас помолвка.

– Поздравляю, – автоматически буркнула я, хотя ненавижу свадьбы.

Подумать только, вампира убили, а они закатили праздник. Ничего, что отец невесты в морге? Или такие мелочи не смущают?

– Мы останемся, – сказал мужчина. – Это и нас касается… Нашего сына.

Я обернулась, но ничего кроме спины, обтянутой дорогой тканью пиджака не увидела. Вампир не потрудился выплюнуть сигарету и посмотреть на меня. Как невежливо. Не стану придираться, у них ведь горе. Вроде бы.

Голос у него был хорош – мощный и низкий. При первом звуке супруга съежилась и ответила натянутой улыбкой на мой взгляд.

Волосы, лицо – все в ней было бледным, как у моли. Ей было около пятидесяти, платье зеленого цвета подходило к глазам. Не очень уверенная, но миленькая вампирша.

Вдова кашлянула, ненавязчиво привлекая внимание.

У этой даже лицо было костлявым – впалые щеки, резкая линия скул. От носа к губам пролегли четкие морщины. Длинные яркие ногти с неприятным скрипом царапали ножку бокала.

По стервозным глазам я видела, как ей не терпится покончить с делом.

То есть – со мной.

– Может, Кристиночка выйдет? – спросила она.

Кристиночка – это видимо дочь. Я не возражала.

Когда мы остались одни, я сказала:

– Насколько знаю, о смерти вашего мужа вам сообщили вчера.