Его невеста

Взгляд пустой, потерянный, не знаю, обо мне он думал или о чем-то своем. Он нервно упер руки в бока, перебирая пальцами на ремне.

– Прости, – я развела руками. – Не хотела тебя расстраивать…

И зачем я взяла долбанное кольцо?

– Что ты сказала? – он поднял голову, сосредоточившись на мне. – За кого ты меня принимаешь?

Я бессильно опустила руки. Что ему сказать? Я не могла объяснить свой поступок.

– Ты что, издеваешься надо мной?! – заорал он. – Я полгода добиваюсь от тебя ответа, а ты взяла кольцо, чтобы его выбросить?

– Я не выбрасывала… – я так жалко мямлила, что разозлилась на саму себя. Я как ребенок, которого поймали на мелком воровстве.

– Знаешь, что мне хочется сделать? Послать тебя к черту.

Да уж знаю, Эмиль.

– Я не могу его взять! – проорала я. – Я не хочу быть твоей женой, Эмиль! Хотела когда-то в мечтах, а ты подогреваешь их своими бесконечными предложениями!

Он топтался по моим сломанным надеждам, а это все равно, что каждый день расковыривать незаживающие раны. Мне надоело верить, ждать, надеяться, сталкиваться каждый раз с реальностью, злиться… Факт в том, что я не могу его простить за те три года ужаса, в который он меня погрузил."

"У тебя был выбор, Эмиль. Ты мог не распускать руки, мог поговорить, успокоить меня. Чего ты теперь хочешь? Хватит, перестань, не мучай. Отстань, если любишь.

– Быть со мной ты не хочешь, – заключил он. – Твой план не удался. Зачем же ты пришла?

Переход был таким внезапным, что стало больно почти физически. Я не этого хотела, когда кричала – не его безразличия, я хотела, чтобы он меня утешил.

– Думаю, что Лариса пожиратель, – слабо сказала я. – У меня ее кровь. Выпей, и узнаем точно.

– Я не подопытная крыса, – отрезал он. – Предложи Андрею.

– Если нет, ничего не случится, – я опустилась на колени и расстегнула сумку. Эмиль смотрел, как я вынимаю изо льда бутылку и обтираю подолом рубашки запотевшие бока. – А если да, то разве не в этом был план? Тебе это поможет.

Я открутила пробку и протянула бутылку, почти полную красной вязкой жидкости.

– Я не хочу стать психом, как Андрей. Терять контроль и не помнить себя? Яна, мне это не нужно. Ты не думала, что из-за этой крови он свихнулся, когда завязал?

– Зато ты можешь стать сильнее, – возразила я, хотя его слова остудили пыл.

– Я ему не верю.

Бутылка показалась слишком тяжелой, и я пристроила ее на столе. Андрей мучился, это правда. Может быть, все его странности – последствия, и добровольно не каждый полезет в черный ящик, в котором неизвестно чего больше: выгоды или потерь.

А еще Андрей мог меня обмануть или недоговорить что-то, как всегда.

Я понимала: Эмиль не хочет рисковать. Но сейчас он немного не в той ситуации, чтобы выбирать.