Невеста драконьего принца

Так невероятно сидеть с ним за столом в моём родовом замке!

Так невозможно видеть, как он выдаёт людям свои дерзкие улыбки и поднимает с ними бокалы. О чём он думает? Мы хоть разделяем радость, беспокойство?!

Дела, связанные с ним, кажутся бесконечно важнее болтовни вокруг. И, увы, меня всё больше раздражает, что нас прервали — потому что все вокруг будто сходят с ума.

Слуги суетятся, бегают, кланяются, краснеют и бледнеют. Подают одно блюдо за другим, явно надеясь впечатлить дракона количеством еды. За столом беспрестанно шутят, но веселья я не ощущаю. Каждая эмоция вокруг — как дребезжащая струна, слишком лихо натянутая, чтобы звучать естественно.

Мать строга со слугами, а перед Тейнаном растекается мёдом. Отец говорит громко и смеётся натянуто. Двигается рублено, однажды едва не сталкивает графин со стола. Они хвалят драконов, их земли, тут же переключаются на наши владения — так, будто стараются продать их принцу.

Вслед за мной.

Ощущение крепнет, когда мать улыбается:

— Я так рада, что вам нравится Илина! Мы очень много вкладывали в её воспитание. Всегда хотели только лучшего для неё.

Слова, от которых тянет дёрнуть плечами — потому что она даже не спросила, как я.

— Я, конечно, подхожу под это определение, — не удерживается Тейнан. Изгибает бровь. — Но думаете, она похожа на вас?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Мы же семья. — Мать прочищает горло. — И всегда очень верно служили драконам. Скажите, а может, вы и дальше позволите нам видеться с дочерью почаще?

— Зачем?

— Чтобы она не забывала о нас. Знала, как у нас дела. И мы всегда готовы помочь — если вам понадобится кто-то верный в людских землях, кому можно отдать важные поручения, вы можете положиться на наш род.

Лёгкая тошнота — совсем не то, что я должна чувствовать за семейным ужином. Особенно когда голодна.

Но на меня вдруг накатывает сначала она, а потом грусть. Я не думала, что смогу вернуться домой, если избавлюсь от брака с драконом. Знала, что меня не примут здесь как героиню. Но… какая-то дурацкая надежда всё же жила во мне. Что однажды я смогу объясниться, что меня поймут.

А сейчас — пусть мы с Тейнаном здесь по вине обстоятельств, но это ведь важный вечер. Возможно, последний в моей жизни! Я провожу его с семьёй. Должна бы хоть немного радоваться, поддерживать иллюзию, что хотела с ними повидаться — и я пытаюсь найти в себе отголоски нужных чувств.

Но с каждой минутой всё больше ощущаю пропасть между нами.

— Вы ведь уже получили вознаграждение. — Тейнан отставляет бокал на стол, его выражение вдруг становится темнее. — За то, что отдали мне дочь.