Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

 – Удивительно сложный механизм для обычной грузовой платформы.

– Таргат не обычная грузовая платформа. – Нрого снова улыбнулся, наверное, потому, что я продолжала на них лететь. – Кирюсь, ты сейчас нажми на желтую область экрана.

Нажала. Леталка зависла метрах в семи над землей и метрах в двенадцати от обоих хассаров.

Нрого радует все больше, короче.

– Теперь войди в программу управления. Выделена синим.

– Ага, – послушно следую указаниям.

– Ты там нормально разбираешься? – последовал очередной вопрос.

– Естественно, нормально, у нее допуск к полетам на военных кораблях с легким вооружением, – не скрывая раздражения, вдруг произнес отец. – Киран обучалась на капитана военного корабля.

Надо же, какая осведомленность и даже, кажется, гордость, кто бы мог подумать. Однако я сочла своим долгом пояснить:

– Но я не обучалась на управленца грузовыми таргатами, отец. – И затем опять к Нрого: – Здесь предлагается на выбор сто двенадцать вариантов посадки.

– Выбери пункт восемьдесят четыре, – подсказал Нрого. – Это приземление с живым грузом.

Выбрала. И платформа мягко опустилась на двор, на сей раз без каких-либо рывков и виражей.

– Ну надо же. – Я спрыгнула на землю, подняла руки вверх, потянулась, разминая затекшие от напряжения плечи. – Хорошо, я поняла, таргат не так прост, как кажется, но зачем его делать настолько непростым?!

Ответил мне опять-таки Нрого, спускаясь по ступеням в моем направлении:

– Его делали для воинов. Тар-эну справиться с ним не составляет труда, Кирюсик. Не переживай, и ты со временем разберешься.

– Да? – стою, жду его приближения, потому что такое ощущение, что он ко мне не из вежливости направился, и к тому же в воротах показался Дьяр, показался и оцепенел, едва меня увидел.

Нрого подошел, остановился в шаге от меня и, хитро улыбаясь, произнес:

– Так что там насчет того, что я самый-самый?

Вспомнила про Икасика и, наплевав на гелликс, который значительно усложнял передвижение, бросилась на шею к воину, смачно расцеловала в обе щеки и искренне заявила:

– Ты самый лучший мужик на свете!

И главное, сказала я это абсолютно искренне.

– Да неужели? – ехидно вопросил он. А затем тоже меня обнял, но вместо того, чтобы поцеловать, прошептал: – Твой друг в подземелье. Проводника я дам. В схватки с воинами не ввязывайся, натрави на них Икаса, у малыша большие возможности. До появления эйтны-хассаш у тебя не более семи минут. Я спровоцирую конфликт и задержу Дьяра. Действуй, Пантеренок.

Нрого отстранился, а я… мне оставалось только разыграть карты, розданные в этой партии самим тар-эном. И откровенно говоря, не так меня волновали его мотивы, как то, что план идеально соответствовал моим потребностям.