Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Я сначала дернулась, затем выхватила нож и лишь после этого повернулась к чудовищу… которое умильно мне хвостом виляло!

– Икас! – рявкнула разозленная я, потирая шею, которую внушительные клыки чуть оцарапали. – Это не игры! Нельзя так поступать с хозяевами, или владельцами, или кто я там тебе!

Зверюга заинтересованно на меня смотрела, язык из пасти свесился, но стоило мне встать и снова подойти к краю, чтобы попытаться слезть, как Икас, боднув головой, отшвырнул меня от спуска и зарычал. В общем, ясно одно – пошла я читать про этих Снежных смертей, а то мы как-то друг друга явно не понимаем.

Когда поднялись на кухню, потому как я от обиды проголодалась, там уже был Накар.

– Где гуляли? – наливая себе чаю, поинтересовался наш гостеприимный хозяин. Хотя вид у него был какой-то подавленый.

– Справляли естественные надобности. – Я тоже взяла чашку и пошла наливать себе кофе.

– Да? – Накар удивленно посмотрел на меня. – А что, туалет для этого не годится?

– Мне – да, Икасу – нет, вот мы и спустились в грот…

Накар, который как раз глоток сделал, вдруг подавился. Захрипел, закашлял, пришлось срочно спасать, то есть проверять его спину на прочность. Мужику полегчало не сразу, но, едва вернув возможность говорить, Накар прорычал:

– Куда вы спускались?!

Молча достала схему, указала направление движения и точку выхода. Кое-кто посерел, потом побелел, в итоге хрипло у меня спросил:

– Нет. – Я плечами пожала. – Икас взбесился и не пустил.

Кивнув, Накар прошел к холодильной камере, достал огроменный кус мяса, больше, чем утром, поставил на медное блюдо, водрузил все это перед Икасом со словами:

– Заслужил. Кира, а ты со мной!

Мы утопали из кухоньки, прошлепали по каменному переходу куда-то в глубь скалы и вышли к галерее протяженностью метров десять, со стеной из темного, видимо, снаружи имитирующего скалу стекла. Накар кивнул на диванчик, сел рядом, и понеслось. Для начала мне высказали очень много интересного по поводу моего поведения, и самым цензурным было: «Шаакская тупоголовая овцелошадь!»

– Стой. – Обалдев от такого количества новых эпитетов, я несколько минут просто молчала, но после такого не выдержала: – Можно я запишу?

– Про овцелошадь? – уточнил Накар и, едва я кивнула, устало ответил: – Не стоит, они все равно оказались нерентабельны, как и выращивание конопли на Шааке.

И Накар снова сник. Он вообще был какой-то угнетенный, излишне задумчивый и расстроенный.

– Что-то случилось? – осторожно спросила я.

Кивнул, затем отрицательно мотнул головой и устало сказал:

– Дай с воспитательным процессом закончу, потом с остальным разбираться будем.