Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

И вот он взвыл, среагировав на датчики движения, расположенные в камерах!

– Вторжение, – вещал противный скрипучий механический голос древнего прибора, – вторжение!

– ВТОРЖЕНИЕ, ДЕТИ МОИ, – повторял за ним голосовой шаблон сейра поновее, – ВТОРЖЕНИЕ, БЛАЖЕННЫЕ!

– Вторжение! – сипит скрипучка, пока я пытаюсь вырубить звук. – Пять, семь, восемь особей! Вторжение!

А глас божий, не будь идиотом, а точнее, являясь современной программкой подстройки под шаблон, вещает на весь дворец:

– ВТОРЖЕНИЕ, ДЕТИ МОИ. ПЯТЬ, СЕМЬ, ВОСЕМЬ РАБОВ БОЖЬИХ!

– Да чтоб тебя, атом нестабильный! – ругаюсь я и пытаюсь свой сейр вырубить.

– ГЕЕННЫ ВАМ ОГНЕННОЙ, ЕРЕТИКИ НЕВЕРУЮЩИЕ!

– Твою мать! – ломаю ноготь, но отрубаю звук.

– ПОЧИТАЙ МАТЬ И ОТЦА СВОЕГО! – проповедует глас божий.

– Кипец полный… – шокированно шепчу я, глядя, как двор резиденции хассара заполняется сначала светом, а затем и воинами.

– НЕ УПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ! – благообразно требует программка.

Даже не возникло желания выяснять, в каком из миров «Кипец» почитается богом, но вот помянуть его еще пару раз все же пришлось! Вглядываясь в монитор сейра и одновременно отползая из зоны видимости на крыше, я начала переключать камеры и узрела: пока я тут папика спасала, сей великий воин обнаружился в моей гостиной рубящим в капусту таких же ползучих воинов. Короче, я папашку спасаю, он – меня. Семейная идиллия!

Отщелкала таймер, узрела момент врывания папандра в покои нелюбимой дочери – выбил дверь, получил порцию перцовки, поскользнулся, но не упал! Остальные шестеро воинов МакВаррас, что с ним были, поскользнулись, упали, башками в крем-депилятор втемяшились. А папандр – прыжок вверх, кувырок, и папик стоит, слезки пускает и рубит… тех, кто пытается выползти с балкона. А там мой шерстюсик… почему-то никого не грызет и подозрительно миролюбиво к пришельцам относится… что наталкивает на размышления о Нрого!

И тут сейр вновь возопил:

Отмотала камеры в режим реального времени и… была вознаграждена! Более десяти индивидуумов в черном ворвались через двери, видимо, прорывались с боем, получили дозу перцового газа, поскользнулись и… впечатались мордами в обильно намазанный депилятором диван, от которого уже отошли МакВаррас. Красота! А уж как они взвыли!

И все бы ничего, но тут папик рванул в мою спальню, и на весь дворец раздался вопль: «Киран!» Теперь сижу и хихикаю, причем подленько. Нет, ну однозначно вечер перестает быть томным. А папандр вдруг извлек какую-то хрень плоскую, что-то понажимал и…

– Ты где? – Рожа отче высветилась на моем экране.

– Изображаю глас божий, – созналась я.

И как он это определил?

– Может, и на крыше, – мило улыбаясь, ответила я.

И тут улыбнулся папик.