Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

– Для того чтобы Снежная смерть безоговорочно слушался хозяина, его отбирают у самки после рождения и хозяин сам поит зверя молоком. Иначе слишком опасно.

Я повернулась к зверю, умильно заглянула в белые с черным глазищи и вопросила:

– Масенький, ты опасный?

– Угррр, – ответило чудо, ткнувшись мне в нос своим мокрым носищем.

– Наговаривают, да? – Отложив тарелку, обняла морду зверя обеими руками и прошептала: – Я тебя никому не отдам.

Обе тени переглянулись и, словно чернильные пятна, сползли по ступеням вниз.

И тут заговорил второй подошедший:

– Я – Киаф, твой брат по отцу.

– Привет, Киаф, я Кира, – оторвавшись от Икасика, протянула брату руку.

Тот застыл, посмотрел на меня, потом на Ара.

– Пожать полагается, – с усмешкой сказал Араван.

– Женщина, ты совсем не ведаешь традиций Иристана, – удивленно произнес Киаф и сел рядом, но на полметра дальше от меня, чем Ар.

– Мне можно, ему нельзя, – пояснил мой зеленоглазый братик.

– Я не должен приближаться к тебе ближе, чем на расстояние двух шагов, – пояснил мой черноглазый братик.

Я задумалась, подхватила тарелку и придвинулась ближе к Киафу. На его удивленный взгляд ответила:

– Мне можно, я не воин. И вообще, втроем веселее.

Араван тоже сел рядом, и теперь мы все умещались на ступеньке, как на скамейке, я раздала братикам по колбаске, предпоследнюю забрала себе, последнюю отдала Икасику, который сидел сзади меня и разместил свою головенцию на моем плече. А дальше самое интересное:

Я запнулась, подбирая рифму. Навалят, что ли?

– Отомстят! – поддержал меня Ар.

И я начала весело скандировать сие четверостишие:

Эх, выпить бы сейчас. А братья смотрят на меня. Ар посмеивается, Киаф явно в шоке.

– Давай, – говорю черноглазому, – это весело!

Тот только удивленно глаза округлил.

И тут взметнулись искры. Я не сразу поняла, что происходит, а потом увидела – сражались папандр и Нрого. Сражались красиво, прямо на границе огня, но так быстро двигались, что пламя не успевало охватить их. Несколько секунд я решала, за кого болеть, потом определилась:

– Нрого! Нрого! Нрого! – заорала я, подскочив.

– Ты же наш клан поддерживала, – обиженно напомнил Киаф.

– Клан – да, папика – нет. Не хрен было меня продавать. – И я снова заорала: – Нрого! Нрого! Нрого!

– Так нечестно, – шипел черноглазый брат.

– А ты папку поддерживай. Нужно вскочить и орать не своим голосом: «Агарн!», – предложила я. И снова завела свою песенку: – Нрого! Нрого! Нрого! Бей его!

Брательник не выдержал, подскочил и во всю свою могучую глотку как заорет:

– Агарн! Агарн! Агарн! Агарн! Агарн!

В общем, мне на его фоне и вопить было нечего. Он меня не только на полторы головы выше, но еще и орет не в пример громче.